Поглощённые Пустотой. Книга 1

Потом она осознала, что никто из родственников женщины не понял, о чём она говорит. Тогда Алорон обещала приготовить травяной отвар и принести его завтра, а пока велела сварить какой‑нибудь бульон и напоить им женщину, когда она проснется. Затем, она уже плохо понимая что делает, угостила детей пирожками и, распрощавшись со всеми, стремительно ушла.

Вновь понесся бешеный поток мыслей. Алорон отрешилась от реальности. Стремительно пронеслось время, и она снова очнулась уже на улице, где располагался дом, в котором они жили вместе с Винилин.

На душе у неё было очень паршиво. Опять ощущение собственной беспомощности, когда вся надежда на тебя, а сделать ничего нельзя. Впрочем, не надо сдаваться, надо попробовать сделать хоть что‑то.

Да, я попробую, я обязательно что‑нибудь придумаю.

Глава 2

Прошлое либо свинцовые оковы мрака, либо крылья позволяющие взмыть в небеса.

(Эльфийская пословица)

Первое что услышала Алорон, ещё подходя к дому, было ненавистное писчание флейты, доносившееся из приоткрытого окна каминной комнаты.

Оно то усиливалось, то затихало, но в нем так и не было намёка на мелодичность. Алорон открыла ключом входную дверь и, войдя в дом, сразу прошла в каминную комнату.

Винилин полулежала в кресле перед камином, закутавшись в плед. Она положила ноги на небольшой стоящий перед ней столик и, развалившись в кресле, дудела в флейту. Винилин находилась в царстве апатии, в потоке однообразного времени, скуки и прострации бесцельности бытия. На появление в комнате Алорон она никак не отреагировала.

– Хватит! Прекрати уже! – сорвалась Алорон, крикнув на неё с нескрываемым раздражением.

Винилин от неожиданности чуть не упала с кресла. Она перестала дудеть и посмотрела на Алорон, которая теперь была на взводе, от всего произошедшего этим утром.

– Ого! Ты чего это? – спросила её Винилин.

– Я уже не могу выносить твоего писклявого дудения! Тебе самой не надоело?

– В смысле надоело?! Я всегда мечтала научиться играть на флейте! И как, по‑твоему, я сделаю это без практики!?

Дальнейший разговор на эту тему был бессмысленным.

Винилин уперлась, и переубедить её было уже невозможно, но Алорон сейчас было не до этого. Она поставила на стол корзинку с пирожками, скинула с себя плащ и, взяв первый попавшийся пирожок, пошла в свою спальню. Там усевшись на кровать и подвернув под себя ноги, она принялась давиться пирожком.

Спустя небольшое время из каминной комнаты вновь раздалось писклявое дудение. Алорон продолжала нервно есть пирожок.