Хранительница ОверХауса

— Спасибо, родной! Для меня очень много значит твое доверие! И я тебе доверяю и принимаю, мой фамильяр! — проговорила я, глядя в искрящиеся от счастья глазки лисенка. — А, знаешь, я только сейчас вспомнила, что мне очень часто снился маленький ярко-красный лисенок, он плакал и меня звал…

“Конечно, это был я… Я звал тебя… А ты все не шла… Не мог же я знать, что ты в Нижнем мире, и даже не догадываешься о моем существовании”, — печально объяснил Красик, тыкаясь в меня мордочкой.

— Теперь мы вместе! И я тебя никуда не отпущу! — произнесла я, целуя рыжика в мокрый нос.

“Хватит уже нежностей! Пора выходить из Дома испытаний! Двери уже открылись! — проворчал призрачный друид, ходивший около нас кругами, очень уж не терпелось ему закончить испытания и попасть в Нижний мир.

— Омистион, постой… Ты когда исчезнешь? Переместитесь в свое новое тело? — вдруг пришла мне мысль в голову.

“Как только ты переступишь этот порог…” — тихо произнес теперь уже друг.

— Тогда нужно проститься по-человечески… Я ещё не скоро тебя увижу... Да и ты же малышом будешь… А память у тебя останется?..

“Не уверен, что останется… Это уже как Ясноликая Атлана решит… Не думал, что привяжусь к тебя так сильно… — проговорил он, вглядываясь в мои глаза полные слез. — Наша встреча сыграла в моей будущей жизни наиважнейшую роль! Ты напомнила мне, что значит “жить”! Среди неприкаянных душ так скучно и безрадостно, и только рядом с тобой я почувствовал себя прежним! Именно благодаря тебе я обрету новое тело, вторую жизнь.

— Омист, конечно, я обещаю! Расскажу тебе обязательно, как только вырастешь… — уже не обращала я внимания на слёзы, струящиеся по лицу. — Наша встреча и для меня много значила! Ты был замечательным проводником, подсказывал когда нужно, помогал, советовал и даже своим присутствием просто поддерживал меня!

— Ну что за водопад вы устроили? — послышался голос Матушки Земли.

Обернувшись, я увидела прекрасную рыжеволосую женщину с добрыми карими глазами. Её платье было похоже на живую цветущую поляну в разгар лета. На нем росла трава и россыпь маленьких цветов бледно-желтого, голубого как небо, ярко-красного оттенков.

— Вспомнишь ты все сам, Омистион! Пусть не сразу, не к чему лишние знания малышу. А годам к двадцати, думаю можно, дать тебе к ним доступ.