Миры Отверженных.Таураан.

Из громкоговорителя раздалось: «Произвожу подготовку по выходу из криосна. Полная разгерметизация криокамер и выход из состояния сна закончится через пятнадцать минут».

Неро очнулся раньше всех. Он с удивлением оглядывал пространство вокруг себя. Какой-то голос на непонятном ему языке доносился откуда-то сверху. В дальнем углу какая-то штука пульсировала красным светом. Тут вдруг включилось освещение, залившее мягким светом всё окружающее пространство. Неро зажмурился, пытаясь привыкнуть к необычному свету. Во всём теле была сильная слабость.

Вдруг в одной из камер показалась голова Бруно. Неро обрадовался и позвал его, но его голос был чрезвычайно слабый и какой-то писклявый, так что Неро сам удивился ему.

– Бруно, Бруно, иди ко мне, мой пёс. Бруно повертел головой по сторонам, не полностью контролируя свои движения, и тут он увидел своего хозяина. Пёс радостно тявкнул и выпрыгнул из камеры, но тотчас же расползся по полу. Слабые ноги с трудом удерживали пса и он, покачиваясь из стороны в сторону и стукаясь о близстоящие камеры, потрусил к мальчику.

Неро с трудом опустил непослушные ноги на пол.

Вдруг из соседней с псом камеры вылетел Октай. Невысокий потолок и размеры модуля для властелина неба оказались чересчур малы, и беркут оказался на полу, балансируя крыльями и пытаясь хоть как-то устоять на лапах.

Приходили в себя и остальные пассажиры модуля. Со всеми была та же картина. Полное непонимание того, где они находятся, и невозможность восстановить полный контроль за ослабевшим от долгого полёта телом.

Неро увидел Тэсию, Леонтия, Лисиппа, мальчика-вандала, странных людей с раскосыми глазами, танцовщиц, музыкантов, вандалов, рабов – работников с кухни… Мама??? Где мама? Он нигде не видел маму. Где она?

Он спустился на пол и, цепляясь за открывшиеся створки криокамер, принялся искать её вдоль рядов с открывшимися крышками. Мамина камера оказалась в самом конце. Крышка её камеры не открылась. Стекло оказалось треснувшим, мама лежала неподвижно, сквозь стекло она казалась спавшей.

Неро изо всех сил застучал по стеклу. – Мама, мамочка, что с тобой?

Слёзы невольно потекли у мальчика, и он в бессилии колотил по стеклу и корпусу камеры, пока рука мальчика случайно не задела кнопку автоматического открытия крышки. Крышка подёргалась в разные стороны и, наконец, со скрипом открылась до конца. Неро бросился к матери, схватил её за голову и начал трясти. – Мама, проснись, мамочка, ну, проснись, пожалуйста! Луциния лежала неподвижно.