Миры Отверженных.Таураан.

Ну неужели нет хотя бы кусочка какого-нибудь завалящего сухаря? А ведь у меня для тебя всегда был припасён кусочек чего-нибудь вкусного.

Тут перед взором толстяка возникла маленькая птичка, порхающая прямо перед его лицом. Она буквально зависла перед ним, и Ольдиху на секунду показалось, что она рассматривает его. Промиус зачарованно зашептал толстяку. – Смотри, только не размахивай руками, не то спугнёшь её.

– Ой, тоже мне творенье природы. Ну, вспугну, так вспугну, – и Ольдих взмахнул руками. Но, к удивлению обоих, птичка не испугалась, и даже не сдвинулась с места.

Более того, она просто села на плечо толстяку.

– Разразите меня боги, это очень отважная птаха, которой всё нипочём. А ведь движения моего мизинца хватит, чтобы раздавить эту мелюзгу. Ты знаешь, Проми, а мне уже нравится эта птица, – и увалень протянул руку к ней. Птичка вспорхнула и села на его раскрытую ладонь. Толстяк и вовсе расплылся в умилительной улыбке.– Скорей всего, это чудо жило у каких-то людей в клетке, раз она совсем не боится нас.

Я видал уже таких пичуг у проезжих торговцев-персов. Они у них ещё и красиво поют. Может, и ты, птаха, споёшь мне чего-нибудь? А то я так голоден, что и думать ни о чём другом, кроме еды, уже не могу. А может, ты тоже кушать хочешь? А я-то, болван, спеть тебя тут прошу. Но ты извини, у нас самих нет ни крошки хлеба, чтобы тебя угостить.

Птичка сорвалась с ладони толстяка и улетела вниз. – Ну вот, – расстроился толстяк. – Только подружились и уже расстались. Тут птичка снова появилась из-за края скалы и как будто уставилась на толстяка.

– Вот чёрт. Ты что, поиграть со мной хочешь? – рассмеялся толстяк. – Ну уж нет. На голодный желудок я злой как тысяча демонов. Будь ты потолще, я бы и тобой не побрезговал.

Промиус фыркнул. – Ольдих, да прекрати ты уже всё время говорить о еде. Из-за тебя и я тоже чувствую, что проголодался.

Тут птица появилась в третий раз, и снова скрылась.

– Да где же она там прячется? – воскликнул мальчик. Он лёг на живот и заглянул за край обрыва. Сразу под ними, под выступом была маленькая площадка, и на этой площадке росло дерево, свешиваясь со скалы, так, что сверху его почти невозможно было увидеть.

Дерево было обильно усыпано какими-то крупными плодами. Их пернатый знакомец сидел на ветке, и клевал один из этих плодов.

– Ольдих, – заорал мальчик, – кажется, ты сегодня не умрёшь с голоду!

– Конечно, не умру, я ведь сегодня полакомлюсь одним вредным и наглым мальчишкой, - пробурчал толстяк.

– Да прекрати ты уже.