Слепая птица

Император промедлил с ответом, и Вабаллат продолжил: -- Или в Свинцовую башню?

В это узилище, как и в замок святого Гавриила, удостаивался попасть не каждый, но уже по другим причинам. Туда отправляли за самые тяжкие преступления.

--Нет. Я помню этого Ланваля. Он был слишком ничтожен, чтобы дворянина императорской крови бросать из-за него в Свинцовую башню, или любую другую из крепостей империи. Но наказать Бремона можно и должно. У него ведь есть наследственное имение, которое пребывает в полнейшем небрежении.

Вот пусть и займется его обустройством. Я удаляю барона Бремона от двора и приказываю ему отъехать в имение без права посещать столицу, вплоть до моего особого на то распоряжения. Составьте соответственный документ. И, кстати, забудьте эти глупости об отставке. Из-за этой злосчастной истории я так и не отправил письма графу Рондингу – вот чем следует заняться.

--О сир, я взял на себя смелость подготовить черновик…

Закончив отчитываться перед императором, Вабаллат возвратился в собственный рабочий кабинет, находившийся под самой крышей дворца.

По сравнению с кабинетом императора его апартамент, состоявший из двух помещений: собственно кабинета, и жилой комнаты ( на тот случай, если секретарь задерживался на службе допоздна и не успевал вернуться в свой городской особняк), был совсем невелик. Такие же занимали камердинеры императора. Дворецкому и конюшим выделялось жилье побольше. Но понимающие люди знали – в этом тесном кабинете порой творятся значительные дела, и бывало, что у дверей его смиренно ждали люди знатные и знаменитые.

Сейчас, впрочем, императорского секретаря дожидался только один человек, сидевший на скамеечке в коридоре. Это был Танхелин. При появлении Вабаллата он встал.

После краткого пребывания под стражей и допроса ангельского в облике молодого человека несколько поубавилось. Его белый костюм потерял свежесть, кудри потускнели и слиплись. Выглядел он неуверенно, хотя оружие ему вернули.

--Пройдемте, -- сухо произнес Вабаллат, отпирая дверь.

Они вошли в кабинет. Обстановка была вполне скромная. Полосатые штофные обои, бюро и двустворчатый шкаф из грушевого дерева, стулья, обитые шерстяной брокателью в мелкую желто-красную клетку. На один из этих стульев и опустился Вабаллат.

--Вы не оправдали моего доверия, Танхелин.

Стоявший перед ним человек был титулованным дворянином – и все же кабинет-секретарь мог позволить себе отчитывать его, как мальчишку.