Оазис Чёрного джинна

Даже в самом пустынном месте с ним не останешься без еды и питья: стоит воткнуть посох в землю, как тут же в на нём появляются три стебля, на одном из которых вырастает сочный арбуз, на другом – сладкая дыня, а на третьем – янтарная гроздь винограда. Никто из лиходеев не обидит имеющего такой посох – он отведёт глаза их, они ничего не увидят. Ежели кинется дикий зверь, то из посоха грянет молния и стегнёт так, что тому придётся пускаться наутёк со всех ног, если, конечно, остался цел.

Шакар сын Хамдама долго благодарил меня сослезами на глазах, сердечно обнимал, кланялся, несколько раз возвращался.

И, наконец, пошёл через пески, такыры, барханы - за горизонт. Пошёл к людям, свободе. Ушёл от меня навсегда.

А я остался, думая о Шакаре сыне Хамдама, мысленно желая ему счастья. Суждено ли ему встретиться с Дуньё, Юсуфом - это знает лишь Создатель.

Только через два дня после ухода Шакара сына Хамдама, я заметил, что он забыл рукопись, в коей изложил историю своей жизни. Столь велика была его радость расставания с этим местом, которое было ему узилищем.

..

Дрожит, слабеет моя рука. Продолжу писать, когда наберусь сил, если это позволит мне ангел смерти Азраиль..."

Глава 6

6.

Дочитав рукопись, Саид понял, что перед ним лежит на смертном одре вовсе не Шакар сын Хамдама, как он думал поначалу, а великодушный Ходжа Сафар, направленный сюда мудрым ибн-Хазром.

С этого дня забот у Саида прибавилось: он трудился у нового родника. Тот был куда полноводнее первого, но его воды уходили в трещины, питая влагой лишь небольшой участок земли.

Саид заполнил трещины камнями и глиной и направил ручей в прокопанные канавки. Рядом с ними посадил различные деревья, кустарники, растения. Сад увеличился вдвое.

От каждодневного труда крепли его мускулы, плечи стали такими широкими, что им бы мог позавидовать иной силач. Сам того не заметив, Саид вырос и был уже не мальчиком, а крепким и красивым юношей.

Несмотря на минувшие годы, память о людях не слабела: он часто вспоминал своих родителей, сестрёнок.

Ничто в такие минуты не радовало его: ни прекрасные плодоносные сады, что он насадил, ни струящиеся прохладные воды родников, ни озерца, ни глиняные изделия, которые он теперь лепил с неподражаемым искусством, ни синева небес, ни щебетание птах... И сны ему снились о родных местах, друзьях.

Стараясь не поддаваться унынию, Саид стремился как можно больше времени находиться за работой...

...