Дочь Туллы

Их было пятеро, с северо-востока, со стороны Тилгарда.

И ей показалось что она не чувствует ничего по этому поводу. Она сразу же решила, что это конечно же норманны, отправленные за ней и Синни, что ярл не сдержал своего слова, наверно даже и не собирался. Да и разве могли гордые заносчивые чужеземцы стерпеть такое, она была дурой если хоть на минуту поверила в то что они позволят им безнаказанно уйти. Но внутри женщины была почти пустота. Она не боялась. Она поняла, что была готова умереть с того самого момента как увидела Тилгард с вершины холма.

И оставалась только дочь. Она повернулась к ней.

- Беги к тем скалам, - она указала на иззубренную скальную гряду далеко-далеко на севере. Было очевидно, что им не добраться туда вовремя, норманны верхом на лошадях настигнут их гораздо раньше, а укрыться здесь на плоской равнине было практически негде. Но она верила, что норманнам нужна только она, дерзкая лесная девка до глубины души уязвившая их самолюбие своим вызовом и расправой над их товарищем, а до маленькой девочки им дела нет.

Для них она пустое место. И если Синни убежит они вряд ли станут преследовать её, но в любом случае Далира на какое-то время задержит их и Синни сумеет уйти достаточно далеко и даже возможно всё-таки добраться до гряды. А там вскарабкается на скалы и грузные толстощекие ленивые норманны конечно же не полезут за ней. Зачем? Кому это надо?

- Не теряй времени. Беги.

Но Синни отрицательно покачала головой и Далира ощутила тревогу.

- Синни, нет времени на препирательства.

Беги к скалам. Если добежишь, залезь повыше. Думаю норманны вообще не поедут за тобой, но даже если поедут, то точно не полезут на скалы. Затем отправишься в Лингхорн, найдешь деда и всё расскажешь ему. И с тобой всё будет хорошо.

Синни снова отрицательно помотала головой.

"Что за упрямая девчонка", подумала Далира почти со злостью.

- Я останусь с тобой.

Далира отрицательно покачала головой.

- Держи. И это тоже. - Она отдала дочери меховую накидку и один из ножей.

Потом быстро наклонилась и поцеловала в лоб. - А теперь ступай прочь, Синни Макрой.

- Я никуда не пойду. Я останусь с тобой. Я... я буду сражаться. - Она исподлобья глядела на мать, вроде бы испуганная, но явно старающаяся пересилить свой страх.

Далира снова посмотрела на всадников, они были ещё достаточно далеко и ехали неспешной рысью, видимо не особо волнуясь, что добыча может ускользнуть от них. Далира повернулась к ребёнку и сказала:

- Ты должна уйти.