Скиталец: Живая кровь, мёртвая кровь

Когти смяли пластину на груди, разорвали кожу плаща и куртки, добираясь до тела. Левое плечо пронзила слепящая боль. Морен отступил в сторону и ударил мечом снизу вверх, желая снести зверю голову. Толстая шкура не дала этого сделать, да и силы одной руки не хватило — острый клинок пустил кровь, но и только. Израненный, обезумевший медведь разъярился только сильнее. Пытаясь укусить, он мотнул головой, выбил меч из руки Морена и тут же напал прыжком. В памяти всплыл старый приём, и Морен не придумал ничего лучше, как голыми руками схватиться за медвежьи челюсти, не давая им сомкнуться.

Медведь заревел, затряс головой, пытаясь одновременно скинуть его руки и сомкнуть пасть. Морен знал: если ослабит хватку, останется без пальцев. Но и отпустить теперь уже не мог, оставалось только тянуть, надеясь, что хватит сил разорвать челюсти. Ещё один удар когтей пришёлся в бок, но лишь сорвал пластину и разодрал одежду. Левая рука немела от боли и слабела. Командир схватился за рукоять своего меча, попытался вытащить его из медведя, но тот метался из стороны в сторону, не давая этого сделать.

Пока Морен боролся, пытаясь придумать хоть что-то, справа подбежал Дмитрий и с размаху вонзил свой меч в шею медведя, аккурат под загривком. Шатун заревел пуще прежнего, распахнул пасть шире, и Морен отпустил её, отскочил назад и выхватил нож. Меч Дмитрия пронзил медведя насквозь, и тот медленно слабел, но продолжал бороться, замахиваясь раненой лапой то на одного, то на другого человека. Дружинники отбежали подальше, но всё уже было кончено. Могучий зверь выдохся, лапы его подкосились. С хриплым стоном он повалился на бок, окрашивая снег кровью из своих ран. Ещё пара вздохов, и дыхание его остановилось.

Настенька осторожно спустилась с дерева и бесшумно подошла к Морену.

— Он… мёртв?

Только теперь, когда лес погрузился в тишину, они услышали раздирающий душу стон. Дружинник, придавленный лошадью, всё ещё был жив и страдал от боли. Морен подобрал меч, сделал было шаг к раненому, но остановился. Взглянул на Дмитрия и кивнул в сторону девочки.

— Не дай ей к нему подойти.

Дмитрий тут же оказался рядом с Настей, приобнял её за плечи. И пока Морен с командиром вытаскивали несчастного из-под мёртвого животного, он отвлекал её разговорами, усадив у костра спиной к ним.

— Плохо дело, — молвил командир, разглядывая своего подчинённого — темнобрового парня, показавшегося Морену таким хмурым.

Морен тоже видел, что дело дрянь, а дружинник, скорее всего, это ещё и чувствовал.