Курские подземелья

– «Космос» и есть!

-А ничего, что мы подбираем к древним наименованиям русские слова, появившиеся только в девятнадцатом столетии? – со сдержанной усмешкой, вежливо поинтересовался я.

-Зато, какая стройна версия: «раскаты космоса». Поэтично и вполне вяжется с названием оврага – Ведуньин.

-Вещуний, - поправил я.

-Да – Вещуний…. Может быть, наши предки именно раскаты грома соотносили с «вещанием» из таинственного излома?

-Боюсь тебя огорчить, милейший Михаил Федорович, но в древности людям были известны далеко не все планеты Солнечной системы.

Прозоровский лукаво улыбнулся:

-А то я сам не знаю. Но исхожу из того, что данный артефакт изготавливали не на земле. А – ТАМ! - Князь многозначительно поднял палец, указуя ввысь. – Живущие ТАМ и знать обязаны больше землян…. Ну, согласись, что моя версия стройная.

Я отрицательно покачал головой:

-Уж, коли ты подбираешь русские слова к космическим письменам, то и названия их надо выписывать на современном русском языке.

Князь грустно выдохнул на мое резонное замечание, послушно взял перо и бегло написал пониже рисунка еще одну строку: «У.

-«Союз»…. Твоя очередь.

Я ткнул пальцем в три взятые наугад буквы «П.Л.Н.»:

- «Планета».

Князь согласно кивнул и указал на «У.М.»:

- Без вариантов. Остались «В» и «М», - и тут же сам расшифровал: - «вам». Итого: «ум планеты вам в союз». Видишь, как все логично? А ты говоришь «безмыслица»!

Мы улыбнулись своим «научным выводам» и пожали друг другу руки.

-А теперь серьезно. – Прозоровский сунул рисунок на полку с бумагами и опять взял в руки нефритовый стержень. – Если наш камень действительно ключ, то в овраге можно быть место, куда можно было бы этот ключ вставить…. Ты не разу не был в Вещуньином овраге?

-Нет… Но моя хозяйка рассказала, что в овраге полно крупных валунов. Каменный жезл, если исходить, что это ключ, хорошо подошел бы замку́ из камня.

-Согласен. Давай завтра сходим к оврагу и осмотримся на месте?

-Давай. Только у меня будет к тебе просьба, княже. Прикажи кузнецу сделать для нас компас.

И я подробно объяснил Прозоровскому, как нанизать на тонкую спицу легкий лист железа, чтобы он свободно вращался. Даже изобразил для наглядности на пальцах.

Михаил Федорович согласно кивнул, и мы расстались, внутренне готовясь встретиться завтра с нечто нам неизвестным и таинственным.

Глава 10.