О чём молчат рубины

Таких мучений и пыток, крокодилам вовек не выдумать! С крокодилами всё просто: если голодные, они тебя сожрут, если сытые – утащат под корягу и будут ждать, пока ты не стухнешь. Очень они тухлое мясо уважают. А люди… Люди хуже зверей!

Ах, да! Мы уже стоим в обширном зале и меня очень настойчиво великан Гюнтер подталкивает к отдельно стоящему стулу. Уф-ф-ф! Сейчас начнётся!

Это хорошо, что по пути мне разъяснили что здесь к чему. Иначе я бы запутался и сделал глупость. А теперь всё понятно. Вот мой стул. Я обвиняемый.

Напротив меня тоже стул. Правда, со столом. Там мой обвинитель. Чуть сбоку от меня и немного позади, но в принципе, почти рядом, мой защитник. По-местному – адвокат. У него тоже есть стол и стул. Слева от меня и справа от обвинителя – ещё стол со стулом. Там будет сидеть судья. Я уже догадываюсь кто это. Генрих фон Плауэн. Наиболее вероятный очередной Великий магистр Ордена. Рядом с ним место для писаря-секретаря. В противоположном от меня ряду, рядом с судьёй, но и рядом с обвинителем – ряды скамеек, на которых сидят присяжные. В смысле, присяжными они станут после присяги. Они будут высказывать судье своё мнение кто прав, обвинитель или защитник. А судья должен к этому мнению прислушаться. Ну, так предполагается. С другой стороны, справа от меня и слева от обвинителя – многочисленные зрители. Среди них я вижу и гиганта Гюнтера и его сестру Катерину и доктора фон Штюке и ещё много знакомых и незнакомых лиц. Потихоньку все занимают свои места…

Напротив меня сидит чернявый монах в серо-коричневой рясе, подвязанной белой верёвкой, с навязанными на ней тремя хитрыми узлами.

Теперь-то я понимаю, что это францисканец. Ещё пару дней назад и не задумался бы, что три узла на белой верёвке могут что-то означать. Спасибо, просветили. Три узла – символ трёх монашеских обетов: послушания, безбрачия и нестяжательства. То есть, это нищенствующий орден. И носят такое зримое напоминание об обетах только францисканцы. Катерина назвала их «босоногими», потому что по их уставу, францисканцы носят но ногах только сандалии и только на босую ногу. И зимой и летом. Создан орден всего около двухсот лет назад, однако уже обрёл силу и авторитет. Почти у всех европейских монархов духовники – францисканцы. И во многих университетах преподают. Именно, благодаря авторитету. Кстати, когда Катерина про этот орден рассказывала, она вскользь упомянула, что францисканцы с бенедиктинцами не в ладах. Это скверно. Потому что моя наставница Катерина как раз бенедиктинка.