Цесаревич Михаил Александрович (император Михаил II - 2)

Конечно, больше, чем русских, но, тем не менее, не столько, чтобы надежно запереть весь фронт. Более того, упрочняя одним места, они сделали слабыми другие.

Поэтому Михаил Александрович все больше смотрел не на удобные места для прорыва, японцы – не дураки – так нашпиговали их колючей проволокой, уплотнили пехотой, пулеметами и пушками, что они стали «не удобные», а «сложно проходимые». Нет, цесаревич просматривал как раз весьма неудобную с географической точки зрения гору Высокую. Но разведчики донесли приятную новость – М.

Нога перенес с горы большую часть пехоты (два батальона) и некоторое число пулеметов. Малокалиберных же орудий там не было совсем – горный ландшафт не позволял тащить тяжелую технику.

Так почему бы не прорваться из Порт-Артура через гору Высокую? Заодно поможем защитникам. Потеря этой горы заметно ухудшила положение и крепости, и морского порта. Корректировщики своими узкоглазыми взглядами просматривали всю русскую обороны насквозь, опасными стали все места, тыл не тыл, тяжелая японская артиллерия зримо пристреливала и сушу, и море.

Именно так был убит генерал Р.И. Кондратенко и часть его личных помощников. Под непрерывным обстрелом находились порт и флот, а настроение Стесселя и других тыловых генералов оказывалось все хуже. Надо помочь!

Сообщил коменданту крепости генерал-лейтенанту Стесселю на уровне приказа, что в ближайшую ночь произойдет штурм горы Высокой. Генерал аж сразу осунулся, ослаб, даже не осел, а рухнул на стоявший неподалеку стул.

- Вы обязаны под это дело собрать полный полк из двух дивизий. Кроме того, флот должен дать две тысячи матросов, желательно добровольцев и провести артиллерийскую подготовку, - железным тоном, как бы не видя полуобморочное состояние коменданта Порт-Артура, повелел цесаревич, - о вашей службе и старании я буду смотреть через исполнение сиих поручений.

Впрочем, к концу речи его императорского высочества, Стессель воспрял духом. Он четко понял два момента – первое, к фронту его не требуют и, второе, ему предлагают отправить на передовую моряков.

Пусть только частично и только нижних чинов, но ведь предлагают, нет, цесаревич даже требует, о-о-о, как хорошо!

Моряков в окружении Стесселя очень не любили, буквально ненавидели, во многом благодаря самому коменданту. Называли их не иначе как «самотопами» и мечтали, что флот, вся 1-ая Тихоокеанская эскадра, будет японцами уничтожена. А вот теперь хотя бы намертво усидят две тысячи человек.