Пираты Карибского моря. Легенда о Черном Капитане

И вы похоже втянулись, не так ли?

Питер лишь кивнул, вставая с койки чтобы отправится передохнуть в каюту, что делил с Джаспером…

...В темной каюте дверь была заперта, иллюминатор задраен, – было невыносимо жарко. Питер, который не спал, обливаясь потом и почти задыхаясь, соскочил, наконец, со своей койки и бесшумно прошел в кают?компанию, а затем по капитанскому трапу на полуют. Он перешел с правого на левый борт, затем подошел к гакаборту и облокотился в самом дальнем конце его с наветренной стороны, лицом к морю.

Небо сверкало звездами, и море, светящееся в глубине, как часто случается в тропиках, казалось, заключало в своих недрах мириады странных факелов, бирюзовое свечение которых, слишком отдаленное, колебалось, потухая и снова зажигаясь ежесекундно, по воле волн. Ночь была прекрасна и прозрачна, как алмаз.

«Черт возьми! – проворчал Блэйд, говоря сам с собой. – Не дурак ли я, что сплю закупоренный в этой адской каюте, когда здесь такая благодать…»

Он дышал полной грудью, и морской воздух, весь пронизанный солеными брызгами и полный также ароматов близкого берега, восхитительно обвевал ему виски, шею, грудь.

Постелив прямо на палубе тюфячок, он заснул…

Ему опять приснилось, что он стоит у фальшборта рядом со шканцами черного корабля, идущего под черным флагом, на котором нет ни оскаленного черепа, ни скрещенных костей или клинков, ни танцующего скелета, ни девиза; на нем вообще ничего нет. И плывет он по неизвестному океану, ориентируясь по незнакомым звездам, которых он никогда раньше не видела.

Не видел он и капитана. Но он знал, кто стоит на квартердеке… Знал –но боялся вспомнить.

***

…Боевое крещение навсегда врезается в память. …В тот первый раз они с Биллом, оба с ног до головы обвешанные оружием, стояли рядом у фальшборта и ждали команды. У каждой по паре заряженных пистолетов со взведенными курками, заточенный до бритвенной остроты тесак, ножи и тяжелый топор в петле на поясе. Ему никак не удавалось унять дрожь в коленках, костяшки пальцев, сжимавших поручни.

Ноги у него сделались ватными, во рту пересохло, и он дрожал то ли от напряжения то ли от страха, стоя наготове и с трепетом ожидая столкновения борт в борт с преследуемым ими судном. Нет ничего хуже ожидания. Он повидал немало сильных мужчин, чьи лица задолго до начала схватки белели как полотно, а их желудки выворачивало наизнанку или так прихватывало, что не всякий успевал добежать до гальюна.