Гуанчи

Жрец разрезал плоть усопшего и вынимал все внутренние органы, включая глаза и язык, Он оборачивал тело в погребальные саваны, которые изготавливали из кожи животных и из некоторых растений. Ночью жрец и родственники усопшего мужского пола относили тело в долину Гуаядекеон, где издревле хоронили всех гуанчи. На семиметровой высоте находилась пещера, в которую с помощью специальных рычагов поднимали тело усопшего и жреца. Жрец оставался с телом на 3 дня. Никто кроме жреца погребения не знал, кто и где лежит.

И если с теми, кто погиб в бою, мы прощались несколько дней.

То с теми, кто уже никогда не ступит на земли Ченерфе, никто не понимал, что делать.Поэтому мы пришли к Ибойбосу за советом. Он сказал, что можно провести обряд передачи духа с помощью личных вещей тех, кто уехал.

Мы с Туссеном решили обыскать кабинет Гуайоты, в который никто из нас не входил после того, как мы были там с Гуайотой в тот роковой день.

Мы пошли туда, в надежде найти какие то вещи уехавших много лет назад наших родных и близких, в том числе и вещи отца Туссена.

Но чем ближе мы подходили, тем яснее делался для меня ответ на загадку богини.

Кабинет был не тронут. Никто из гаунчи не решался туда заходить без Туссена. Дверь была открыта, а на столе были разбросаны пергаменты.

Солнце освещало кабинет, вокруг все переливалось. Мой взгляд упал на ярко-красное кресло Гуайоты. Такой удивительный цвет, как будто бы кровь. И тут меня осенило!

Я выхватил из ножен у Туссена нож и кинулся к креслу. «...в обители своего врага найди лужу крови и опусти руки по локоть в эту кровь.

..» — вспомнил я знакомый голос. Я вспорол кресло и опустил руки. " ... погрузи их на самое дно". Я начал внимательно ощупывать содержимое. Тут я почувствовал какой-то цилиндрический предмет и вытащил его. Это оказался тубус.— Что ты наделал, Махека! Такое красивое было кресло!

Никто из гуанчи не умел читать на языке пришельцев. Никто, кроме Туссена, обучившегося у Гуайоты. Я протянул тубус Туссену.

— Кажется это какие-то схемы. Почему Гуайота прятал их? — Туссен внимательно рассматривал свитки.

— Не понимаю, какие-то линии и незнакомые слова. Рей, марсель, гротматча. Ты слышал когда нибудь что-то подобное от них, Махека?

— ... и ты найдешь там то, за что погибли гуанчи, — пробормотал я.

Туссен перебирал пергаменты Гуайоты, внимательно вчитываясь в написанное. Я стоял ошарашенный, не понимая почему гуанчи погибли за какие-то записи. Я подошел к окну. За окном дети кружились вокруг ручейка.