Гуанчи

— Я тогда не поверил своим ушам, но, понимаешь, это не звучало как шутка, — продолжил я, не обращая внимание на сомнения Туссена. Я очень хотел его убедить. —Я решил направиться к Гуайоте и все выяснить. Однако по дороге меня перехватил Мигель. Я по глупости рассказал ему только что подслушанный разговор и сказал, что очень хочу переговорить с господином Гуайотой. Если бы я не был тогда таким наивным дураком! Он сказал «конечно», пропустил меня вперед, а затем ударил по голове.

Очнулся я уже здесь.

— Ну точно! У тебя после удара все перепуталось в голове, — Туссен упорствовал. Я понимал, что означало для него принять эту правду — разочароваться в наставнике, в человеке, заменившем ему отца. Какими бы ни были теперь наши отношения, а я не хотел нарочно причинять Туссену боль. Только вот правда была мне еще дороже, ведь от нее зависела жизнь нашего острова. У меня остался последний аргумент.

— Может, и перепуталось.

Но если так, то сам то ты что здесь делаешь, Туссен?

Туссен уткнулся взглядом в пол и молчал. Я внимательно смотрел на него, ожидая, что вот-вот из его рта вырвется хоть какое-нибудь слово, но мои надежды были пустыми. В отчаянии я повернулся к стене, поджал под себя ноги и закрыл глаза. Меня объяли темнота и тишина, к которым я уже сделался привычен. Туссен стоял истуканом и ничем не нарушал моего одиночества.

Когда я стал проваливаться в сон, послышались голоса .

Они становились все четче, пока не слелись в один женский Голос говорил на незнакомом мне языке. Я не понимал отдельных слов, но почему-то понимал смысл сказанного. Она рассказывала, что она богиня и живет на звезде, которая в тридцать три раза ярче солнца. Ей подчиняется сильный и могущественный народ, которого с помощью обмана истребляет демон. Я слушал, и сон становился концентрированным, обретал форму. Голос почти что стал очертаниями...

— Махека, подъем! Кажется, я знаю, как нас отсюда вытащить!

— Угу, — я перевернулся на другой бок и закрыл лицо ладонью, в попытке вернуться к голосу

— Мы соберем для Гуайоты всех мужчин нашего племени для последнего корабля!

— Чего? — я вскочил на ноги.

— Я все придумал. Но ты должен мне доверять. — Туссен протянул ко мне руку. Как будто все эти годы мы провели друзьями.