Адриана. Наказание любовью

– А дочь, Адриана, узнав о пропаже горячо любимого брата, разом помешалась и теперь надела на себя его одежду и утверждает, что она и есть мой сын Адриан.

–  Беда, мой господин, как я вам сочувствую, бедная девочка! – покачала головой настоятельница обители. – Есть отдельная комната в корпусе лечебницы, с замком. Как раз для страдающих душевным недугом.  Давненько так, там жила одна воспитанница тоже с душевным недугом. Родилась такой, а родители её отправили сюда. У нас-то ей лучше было, чем дома.

Прожила девочка недолго, пусть Лунолика Олди успокоит её душу и возьмет её в свой девичий сад, но вела себя иногда хорошо и даже пела в хоре. Мортиус знал к ней подход. Сейчас комната пуста.

Берт довольно потер руки и немного успокоился.

– Вот и славно, матушка, Адриане как раз нужен особый уход, лечение, присмотр. На счёт пожертвований и средств не беспокойтесь.

Хаминг выложил на стол увесистый кошель с вышитым на нём ящером. Миранда благоговейно заулыбалась.

– Пусть Луноликая Олди вознаградит вас, мой господин, и благословит второй брак здоровыми сыновьями и дочерями.

Люциус откинулся в кресле и помассировал виски.

– Да смилуются, Луналикая Олди и её брат Светлейший Архон, так и будет, матушка.

         И эти слова берт сказал от всей души, потому как потеряв сына, невольно и серьёзно задумывался о судьбе государства.

Настоятельница немного замешкалась, но потом всё же решилась спросить.

– Я слышала многое о вашем сыне Адриане, уважаемый берт, но о дочери совсем ничего не знала?

Правитель Сендарина нахмурился.

Старая вешалка начала задавать лишние вопросы и ему это не нравилось. Разговаривать с ней, словно хозяин он не мог, храмовники и монахи имели особый статус среди народа и знати.

– Я скрывал её от лишнего внимания, а сейчас желаю, чтобы она не покидала этих стен. Девочка будет жить здесь, и я надеюсь, что её душевное состояние будет держаться в секрете. Мне ни к чему лишнее внимание и пустая болтовня! ­­– эти слова правитель Сендарина произнёс очень строго и убедительно.

Настоятельница привстала со стула и немного склонилась.

– Ваша дочь, господин берт, в надежном месте и в надёжных руках. Она не покинет стен монастыря Арг-Горанд до тех пор, пока вы сами этого не пожелаете.

         Берт привстал в кресле.

– Думаю, я не скоро этого пожелаю!

***

Сегодня была очередь дежурства Лизабет.