Последний дракон

    Лоренц не видел, как душа отделилась от громадного тела зверя, чья туша в тот же миг превратилась в кучку пепла. Он собственными руками убил последнего представителя драконьего рода, прекратившего свое существование в это мгновение. Драконы навсегда останутся жить в различных легендах, бережно переходя от одного поколения к другому, и так до скончания времен, пока человечество не постигнет та же участь.

    — Я закончил свою работу, Черная Владычица Вечности.

Что теперь? — как можно громче прокричал Вольфганг. Он наконец-то выполнил свою миссию и мог обрести покой в Вечности, как того желала его уставшая душа.

    Перед ним появилась дева в черном платье, чей лик очаровывал божественной красотой. Она протянула свою белоснежную руку Лоренцу и заговорила мелодичным голосом, ласкающим слух простого человека:

    — Ты справился, Вольфганг. Если желаешь, то можешь обрести вечный покой в моих объятьях и навсегда стать моим Владыкой, но в твоих глазах я вижу огонь жизни, что в тебе не полностью угас.

    — И что? Я же закончил то, что было начато еще давным-давно. Я истребил всех драконов!

    — Ты еще не готов к тому, чтобы покинуть этот мир, — ее голос переливался подобно прекрасной мелодии, отчетливо передавая тоску и печаль, что терзали деву. — Проживи полноценную жизнь, как ты того заслуживаешь, а потом присоединишься ко мне в Вечности.

Пожалуйста, прими мой дар.

    — А если я не смогу? Я перестал быть частью этого мира после той смерти. Ты воскресила меня и дала мне смысл жить, а теперь его нет, — испугался Вольфганг. Он давно свыкся с мыслью, что после выполнения возложенной на него миссии обретет покой в вечной темноте.

    — Попробуй. Ты всегда можешь призвать меня, и тогда я заберу тебя с собой, — ласково прошептала Владычица, коснувшись теплой рукой щеки черного мага.

— Проживи достойную жизнь, Вольфганг. Обещаю, что мы еще встретимся.

    И Черная Владычица Вечности исчезла. Опустошенный Лоренц побрел по тропинке обратно к следопыту, что ожидал его возле входа в каньон. Черный маг неожиданно ощутил себя свободным от божественной силы, которая лежала на душе Вольфганга тяжким бременем долгие годы. Это пугало его намного сильнее, чем чума и драконы.