Рука Мастера

Нахмурился падишах, обуреваемый неистовым гневом, готовый сделать страшный жест пальцем, которым он отправлял на казнь людей, но тут к его трону сквозь толпу пробился мастер-гончар, самый умелый и прославленный из всех. Он уезжал за пределы страны к родственникам, а когда узнал о случившемся, то поспешил на родину. Мастер бесстрашно предстал перед владыкой и сказал твёрдые слова, в которых сквозила мудрость:

- О великий государь, никто, кроме всевышнего, не способен сделать бывшее не бывшим, а поломанное – целым.

Переложи вину этих людей на меня и отпусти их с миром. Я берусь изготовить вазу, которая ничем не будет отличаться от той, что оказалась разбитой.

Падишах сдержал свой гнев, надолго задумался, потом спросил:

- За какой срок ты берёшься исполнить сказанное?

- Дай мне месяц. И если ты решишь, что я не сдержал слово, делай со мной всё, что хочешь. Я в твоей власти.

Падишах засомневался, он не верил обещанию, но потом всё же согласился:

- Так и быть, даю тебе, о ничтожный, месяц сроку, и только один месяц! Но смотри, если твоё творение хоть в самой малости уступит моей прекрасной вазе, я прикажу казнить тебя наихудшей казнью, которая только существует.

Иди, работай! Поручаю дать тебе всё необходимое для работы и строго охранять, глаз не спускать круглосуточно!

Гончара повели в мастерскую. У окон и дверей встали стражники – нести охрану, дабы он не сбежал. А мастер, не обращая на них внимания, принялся за работу.

Трудился много дней, не покладая рук и изготовил вазу. Посмотрел, мысленно сравнил с той, что была у падишаха, и сам признал, что она не походит на неё. С огорчением отставил в сторону. Даже руки его опустились. Покачал головой и отправился отдыхать, решив повторить попытку, но уже с большей собранностью и напряжением всех сил…

Назавтра он опять усердно принялся за дело. На этот раз он трудился с удвоенной энергией, вкладывая в работу всю душу… А когда посмотрел на результат своих многодневных трудов, то сокрушённое покачал головой: нет, не похожа, ничем не похожа, у падишаха была совсем другая.

Сделав краткую передышку, мастер принялся за новую вазу. На этот раз он показал всё, на что был способен, работал как никогда прежде, зная, что неудача принесёт ему смерть. И ваза вышла такой красивой, какой у него не получалась ни разу в жизни.