Сера и ладан

— Ну, это уже как получится, — задумчиво потерев подбородок, кивнул отец—экзекутор.

Итак, время шло, а молодой послушник не находил себе места с того самого дня. Стараясь обрести душевный покой, он с истовым рвением погружался в пение священных псалмов и чтение Священного Писания, но вместо строк из Библии перед его глазами вновь и вновь всплывали загадочные картины, символы и формулы.

С тоскою и сожалением юноша не раз ловил себя на мысли, что во время молитвы его мысли находятся в другом месте, вдали отсюда, и некоторые священнодейства он начинал совершать просто по привычке, не задумываясь над их глубокой значимостью и о заложенном смысле.

Не смея раскрыть своей тайны, словно бы исповедовавшийся пред Богом и собственной совестью и ревностно охраняющий тайну собственной исповеди, Иаков сам наложил на себя епитимью, не сообщив о том братьям и даже отцу Себастьяну.

Уставший за день, целую ночь он простоял на коленях, читая молитвы и строки из Священного Писания в свете тусклых лампад. Привычные слова проходили сквозь душу, каждым звуком затрагивая её натянутые струны.

Юноша никогда не подходил к чтению молитв формально или с неохотой, как к обязательной и рутинной работе: пение каждого псалма было для него живым обращением к Всевышнему.

— Второе послание Петра? Всегда восхищался поэтичностью библейского слога, — заставив юношу вздрогнуть и прервать чтение, прозвучал за спиной голос Конрада. — Библия — очень интересная книга. В ней есть и немало правды.

Резко обернувшись, Иаков замер, поражённый дерзостью богохульника. Послушник желал возразить очень многое, но почему-то все слова встали комом в горле.

— Не пугайся. На свете есть много разных верований, которые во многом расхожи, но в чём-то и совпадают. Те же самые истины могут отличаться по форме, оставаясь схожими по сути.