Золотая Голова

Вряд ли госпожа Риллент извлекла его из собственного гардероба, скорее, вытащила из хозяйских сундуков. Оно было из зеленой тафты и шло мне как корове седло, но я не стала ни возражать, ни любопытствовать. По-моему, почтенной даме это пришлось по нраву. Хотя по ее невозмутимому вытянутому лицу трудно было что-либо понять. Она держалась так прямо, что всякой иной, не сподобившейся подобной осанки (мне, например), становилось стыдно за свою неуклюжесть. Платье она носила бархатное, но не из дорогих сортов, скельских скажем, а на хлопчатой основе, волосы прятала под строгий чепец.

Она спросила, довольна ли я и не нужно ли чего, (я ответила, что не помешал бы гребень), после чего любезно предложила показать мне замок. Я, разумеется, согласилась.

Тут-то я и увидела богатство Тальви. Никакой тебе позолоты и поддельных древностей, что нынче норовят взгромоздить в каждую нишу. Полы на верхних этажах были наборного паркета, в нижнем — из цветного мрамора, а в главном зале — мозаичный, с изображением знаков зодиака.

Мозаичным, но без языческих символов был он и в домовой церкви, посвященной святому Христофору. Кафедра была оплетена сущим кружевом из слоновой кости, алтарный же покров и складень работы скельских мастеров заставили бы взвыть всех свантерских аристократов и воров, одних — от зависти, других — от жадности. Но я, будучи одновременно и аристократкой и где-то воровкой, отнеслась к этому спокойно — крайности уравновешивают друг друга.

Гораздо больше меня потрясла библиотека. Я подобной в жизни не видала, хотя с грамотными людьми пообщалась, один Фризбю чего стоил. Сколько книг! И каких! От древних манускриптов до новейших изданий имперской Академии наук в Тримейне, вроде десятитомной «Истории государства Эрд-и-Карниона с основания империи до наших дней, с подробным описанием всех ее земель, городов и достопримечательностей, с приложением карт». Я положила, коли будет время, непременно сие творение прочитать — мало ли! А вдруг пригодится, — но пока что, шаря по полкам, я обнаружила следующее: среди книг, помеченных последними десятилетиями, почти не было изданных за границей.

И полностью отсутствовала поэзия, не говоря уж о романах.

Н-да. Гейрред Тальви был не только большой патриот, но и весьма образованный, просвещенный человек. Ладно, слыхивали мы разное и про таких, у которых библиотеки были в три тысячи томов...

Но вот что интересно.