Помнят только мертвые деревья. Легенды.

Ледум становился все мрачнее и мрачнее, Вахтанг щеголял чересчур счастливой и беззаботной улыбкой, но его выдавали глаза – холодные сиреневые аметисты сканировали каждого, кто попадался в поле его зрения.

Гости разбрелись по краям зала, негласно освободив центр зала. Шепотки стали затихать, только иногда волнами проносился глухой шум, но и он затихал.

Напряжение только сильнее разрослось, воздух наэлектризовался, все напряженно косились друг на друга.

Темное тяжелое небо скинуло перья пуховых облаков, на небосводе заискрились звезды, щедро усеивая темно-темно-синее полотно.

Вся нечисть благоговейно замерла, настороженно всматриваясь в темное небо.

Пот высоким сводом потолка начал набирать силу призрачный свет. Невзрачный кристалл, который сперва воспринимался как просто кусок неровного потолка, стал собирать в себе лунный свет.

В противовес ему прямо под ним на полу, сквозь древние камни, начал просачиваться черный дымный туман.

Якоб неожиданно покачнулся – будто кто-то ударил парня под дых, выбив воздух из легких.

У Громова глаза засияли ровным золотистым светом – будто два прожектора зажглись. Кто-то в зале тоже покачивался, некоторые из присутствующих бессильно попадали на каменные плиты.

Илая заворожённо смотрела, как черный дым пульсацией разрастается до все больших размеров, медленно и неотвратимо поднимаясь к потолку. Серебристо-белое свечение от минерала под потолком тоже пульсировало, но уже не столь сильно – как будто под потолком зажгли призрачный камин, а на полу – дым от него, что расползался по поверхности.

Несколько минут все напряженно смотрели, как свет и тьма постепенно достигают друг друга, а затем отступают, чтобы открыть взору гладкий овальный камешек, внутри которого будто искрился алый уголек.

Адриан Андхкар сделал несколько уверенных шагов вперед, не отрывая взгляда от маленького камня. Руки мужчины уже были на полпути, когда камень взлетел выше и выдал алым вспышки энергии. Верховный Чернобог недоуменно посмотрел на свою ладонь, что было видно сквозь прогоревшие участки перчатки.

Зачарованную ткань, будто обычную ветошь, сунули в пламя, которое с радостью принялось лизать подношение.

Амос напрягся – продолжение традиционного ритуала пошло абсолютно не по правилам.

Мейер тоже сделала шаг вперед. В могильной тишине зала ее шаги отдавались эхом от стен, и казалось, что не одна она идет по залу, а множество человек.

Обойдя мужчину по широкой дуге, девушка медленно протянула обе ладони в сторону камня.