Помнят только мертвые деревья. Легенды.

Древнюю сущность, что вытащили из Мейер, заточили в том самом алом минерале, оплетя его после множеством заклинаний и заговоров.

Первый и единственный шабаш ребята запомнили надолго – Ледум дал ясно понять, что больше он таким страданиям себя подвергать не станет – самым сильным аргументом оказалось возвращение обратно в лагерь и стирание памяти.

Мгновенно прочитав между строк, что пока они не косячат, то смогут остаться в мире нечисти еще немного, подростки бочком отползли в край зала, и теперь, попивая кто во что горазд, смотрели на всяких существ, которые попадались им на виду.

- Когда вернусь, сяду писать мемуары, - проворчала Маша, рассматривая ближайшую колонну, увитую въюном.

- Или можно издать книгу… вдруг бесцеллером станет? – Стасия тоже обессиленно расползлась на сиденье, и качала ногой. Растрепанные белые волосы со множеством лент небрежно рассыпались по плечам, но ведьма даже не пыталась привести их в подобие порядка.

- Лично я планирую отоспаться как следует, - буркнул себе под нос Громов, не рассчитывая, что его кто-то услышит.

- О-ой, кажется кого-то успел покусать медведь? – Илая немного сместилась в бок, а затем просто упала спиной на сиденье, удобно пристроив голову на бедре Стехана. Алкогольный напиток ударил ей в голову, и поэтому девушка не задумывалась над своими действиями. – Но медведи же обычно зимой в спячку уходят?

Огнянник посмотрел на подругу, которая честными-пречестными глазами взирала на него снизу. Тяжко вздохнув, он взял из тонких пальцев своеобразную кружку, отставил на пол возле ножки дивана.

- Кажется, кому-то уже достаточно увеселительных напитков.

- О-О-о… - Лемех смешно округлила глаза, явно для комичности. – Вот и стал один из бабников подкаблучником… Слыш, Стась, у тебя выбор из двух оставшихся самцов – один насквозь пропах волчатиной, а от другого за километр пасет черной магией и запрещенными ритуалами!

- Эй!

- Чего-о?

- Неправда!

Возмущения трех парней слились в один гул. Громов насупился, не соглашаясь с новой своей позицией – под каблуком у женщин он никогда не будет! Марк и Якоб стали показушно отряхивать одежду – якобы становиться очередными подкаблучниками, да еще и у ведьмы – то еще удовольствие!

Елизарова изменила положение – устроилась полубоком, облокотилась плечом о мягкую спинку кресла.

- А ритуалы на сколько темные? Я в качестве жертвы, да? Или как ассистент колдуна?

Якоб насторожился. Из под темных кудрей настороженно покосился на ведьму, потом на Машку.