И маги могут быть королями

Протяжные стоны умирающего быстро прекратились: "штормовая пика" превратила лёгкие несчастного в жалкие обрывки и ошмётки.

Враги узнают, кто это такой - настоящий боевой маг!

Вдруг в зал стали вбегать ещё воины, ведомые членами Ордена. Асфару теперь предстояло только защищаться.

Один из алых, прижав ладони к сердцу, меньше чем через удар сердца резким движением бросил в Архимага глыбу льда, напоминавшую по форме стрелу без оперения. Ещё один вражеский маг, щёлкнув пальцами и прошептав какое-то короткое заклинание, выпустил по Асфару сгусток энергии чёрного цвета.

Увернувшись от "ледяной пики", ле Жанре оказался затянут сизоватым дымом. Очертания тела поблекли, исказились. Алый маг с облегчением вздохнул - и не смог выдохнуть. Его горло перерезал вылетевший из облака острый железный брусок. Металл, как горячий нож сквозь холодное масло, прошёл через трахею и застрял в темени.

Убитый алый рухнул мешком на пол. А из облачка дыма выпрыгнул Асфар, несясь сквозь комнату, кидая во все стороны маленькие металлические заточенные бруски.

Не ожидавшие от Архимага такой прыти, почти все алые маги погибли от странного оружия. Лишь один оказался ранен: брусок порезал одежду и кожу на боку, и теперь из раны хлестала кровь.

Жаль, что Реджинальд послал не только этот небольшой отряд. В коридоре ле Жанре уже ждали. Он был перекрыт двумя группами воинов, поддержанных дюжиной алых магов.

Архимаг, словно затравленный зверь, посмотрел на врагов. Те ощетинились копьями, мечами. Вражьи волшебники начали шептать слова заклинаний.

Ле Жанре глубоко вздохнул и стал чертить руками круг перед собой. Воздух под его пальцами сгущался, синея. Через какие-то доли секунды возник сложный узор.

Архимаг удовлетворённо хмыкнул, кивнул самому себе. И его тело пробило сразу несколько "ледяных игл": на большее у алых не было времени. Ле Жанре ещё мгновенье, показавшееся мне вечностью, продолжал стоять, чертя узоры в воздухе. А потом медленно-медленно, словно пёрышко, стал оседать на пол. Пальцы дрожали, загребая воздух, а губы силились что-то прошептать.

Но едва голова коснулась пола, как жизнь покинула Архимага с тяжёлым последним вдохом...

Я проснулся в холодном поту. Было утро. Одевшись, выбежал в коридор, чтобы рассказать о странном сне. И увидел, что остальные ученики тоже выбежали из своих комнат, спеша к учителям. Я, быстро добравшись до четвёртого этажа, нашёл Тенперона, писавшего какое-то письмо.

- Учитель, - хотел я обратиться к нему.