За славой, маг!

- Да я сам с собою говорю, многомудрый, правда, - Ириник потупился. К счастью для него, учитель знал, что за его учеником водилась такая слабость, и розог удалось избежать.

Так и здесь: привычка Филофея на этот раз помогла.

- Рыбалку бы устроить и сети расставить, а потом, - громким шёпотом говорил Ириник.

- Ты что-то придумал, Филофей?

- Я просто подумал, иллюстрий, а почему бы не выманить каким-нибудь образом организаторов покушения? На что бы эти рыбки, спрятавшиеся под самым глубоким камнем в тихом, грязном омуте города?

Тут-то Ласкарий в очередной раз поднял голову вверх, прошептал губами: "Аркар, спасибо" - благодаря бога за то, что тот оставил Филофея в рядах виглы.

Решение Ириника было просто и гениально.

- Филофей, а кто-нибудь называл тебя умнейшим человеком в мире? - спросил Андроник на радостях, уже создавая в голове наброски плана по "ловле" организаторов покушения на императора.

- Да, и очень часто, - Филофей вздохнул. - Только обычно после этих слов меня просили помочь с учёбой.

Тяжело быть умнейшим среди хитрейших, иллюстрий...

Королевство. Тронгард и графство Беневаль.

Мы телепортировались в Гильдию магов. Оказывается, меня и экзаменаторов собралась встречать половина столичных магов: всем хотелось узнать раньше других, как сдал экзамен ученик самого Архимага. Едва я ступил на мраморный пол, ко мне подбежало четверо человек. Трое из них были примерно одинакового возраста: восемнадцать или двадцать лет. Тёмно-русые и светлые глаза, молодецкие улыбки, блеск в глазах.

Они были намного выше почти всех магов, собравшихся здесь. Владарь, Лкашек, Сташек. Четвёртым был Жихарь. Ему уже перевалило за сорок лет, глубокие, задумчивые серые глаза, тёмные волосы, не длиннее пальца, - а вот борода спускалась до груди. Четверо человек, некогда не побоявшихся пойти за мной. Правда, их верность имело под собой основу: желание прославиться и заполучить риттерство. Среди них не было сейчас видно обычному глазу пятого. Тот за свою верность заплатил человеческой сущностью.

Воздух передо мной сгустился, и появился Владек, кенари. Выглядел он странно, отталкивающе, даже пугающе. Силовые линии, казавшиеся людям, не наделённым даром волшебства, молниями, соединяли куски ржавых доспехов. Два пучка синеватой энергии заменили руки, в которых в любой момент могли появиться молот и щит. Лица его, скрытого за забралом чёрного как ненависть шлема с двумя узкими прорезями, не было видно.