За славой, маг!

Остальные жители каганата были прирождёнными степными кочевниками, жившими скотоводством и круглый год менявшие одно пастбище за другим. Но на одном сыре и мясе долго не протянуть, нужны были продукты, выращенные на земле. Худо-бедно тайсары и некоторые другие народы, обитавшие в каганате, справлялись с посевами проса и ржи в долинах немногих степных рек. Но пришли саранча и засуха, урожаи погибли, народ каганата страдал. И тогда Сарлек решил просить помощи у соседей. На востоке тоже обитали кочевники, так что ждать оттуда было особо нечего.

На западе Блистательную Партафу лихорадили волнения знати и родственников султана, вот-вот могла вспыхнуть война аркадцев и партафцев, горы давали не лучшие урожаи, поэтому тайсарам удача и там не улыбнулась. Королевство огнаров могло начать торговлю со степью, но северные соседи каганата не нуждались в товарах, которые могли бы предложить подданные кагана, а на остальные заламывали непомерные цены. Северо-восточные соседушки мидраты приняли тайсарское посольство, но каган и здесь получил холодный отказ. Князья мечтали об ослаблении владык Степи, а тут как раз подвернулся удобный случай. Про Партан-Аллас, царство эльфов, решили забыть: этот народ вообще не особо привечал людей, да и никто никогда не слышал, чтобы остроухих выращивали хлеб или что-либо ещё съедобное для людей. Республика двух берегов находилась ещё в худшем положении, тамошние урожаи погибли на корню. Последняя надежда оставалась на тарнов, чья слава купцов, способных достать что угодно (и кого угодно, кстати, тоже) вселяла определённую уверенность в сытом будущем тайсаров. Несмотря на то, что раньше Тарнланд предпочитал не торговать со степью,

Сарлек всё-таки решил испытать удачу - и получилось то, что получилось. Тайсарам не оставалось ничего другого, кроме как начать войну отмщения, надолго затянувшуюся, истощавшую силы и каганата, и Тарнланда. Но и отступить каган уже не мог: подданные этого бы просто не поняли.

Любой исход, кроме капитуляции тарнов, теперь посчитали бы поражением, а Сарлек уже был не так популярен, как в молодые годы, ещё в начале правления. К тому же на самом деле и в нём текло не так уж много тайсарской крови. В двести шестьдесят пятом году от основания Королевства, после очередной неудачной для тайсаров войны с огнарами, командующий дворцовой стражей каган Нойо поднял мятеж и захватил бразды правления в свои руки.