Попаданец в Византию. Аланская резня

Шестопёр бьёт по воздуху в каких-то сантиметрах от меня, но каталонец замахнулся слишком сильно, ему уже меня не достать. Так и хотелось показать язык, но нельзя. Да, я в душе ребёнок, но серьёзный человек и не записывается в "специалисты широкого профиля". Невозможно бесстрастно и совершенно серьёзно взирать на происходящее вокруг, иначе свихнёшься. Говорят, был один, из первых...Проклятье! Думай о бое! Шестопёр!

Увернулся вовремя: ещё чуть-чуть, и моя голова превратилась бы в разбитый горшок. Вот что значит гуманитарная подготовка: ты думаешь вместо того, чтобы действовать.

Проклятый широкий профиль. Нет чтобы заняться только боем - или только наукой, всё и сразу подавай!

Ещё удар. Щека почувствовала движение воздуха. Близко, слишком близко. Надо идти в контратаку, устрою тебе, гад, битву под Москвой! Оставить бы в живых, чтобы заказал своим потомкам нападать на историков, но да ладно!

Что делать? Нельзя отходить: я ему дам свободу маневра, и тогда один хороший удар отправит меня домой. Но по частям и не совсем живым, мягко говоря.

Так. Взять себя в руки, не в первый раз попадаю в переплёт.

Попытка ударить по моему левому плечу. Отпрыгиваю вправо, вижу, как вздулись жилы на шее каталонца: он явно ожидал, что разделается со мною быстрее. Глаза вылезли из орбит, покраснели, отчего он стал похож на быка. Ага, коррида! Сюда бы красное полотнище! Эй-эй-эй! Торро!

- Торро! - гаркнул я, не удержавшись.

Каталонец решил, что я над ним издеваюсь. Правильно решил. Дёрнулся вперёд, шестопёр нацелил ровнёхонько посередине моего лба.

Не дождёшься. Отход влево. Он разворачивается - сумел таки! Встаёт спиной к ромейке.

Над его головой показывается гнилая доска из двери в храм правосудия. Опускается на чепчик, не так уж слабо, скажу я вам. "Бык" с удивлённым выражением лица поворачивается, даже обо мне позабыв. Ну ещё бы, надо же узнать, кто это его так! Что ж, как раз!

Всё как на уроке фехтования. Подходишь сзади. Хватаешь за шею левой рукой. Правой погружаешь кинжал между ключицей и позвоночником.

Кровь... Тело валится...

Тошнота подступает к горлу, но я вовремя её сдерживаю. Хоть и специалист широкого профиля, но кое-что сильнее моей выдержки.

Каталонец падает наземь, пытаясь сдержать ладонью брызжущую кровь. Но она вырывается мощными потоками, и её уже не остановить.

Над умирающим застывает ромейка. Нос вздёрнут. Она не даже посмотрела на убитого с её помощью человека. Интересно, она вообще латинянина за такого считает?

- Ты пойдёшь вперёд.