Попаданец в Византию. Аланская резня

А значит, и там мне могут устроить "тёмную". Дожидаться прихода латинян? Это ещё более верный способ умереть.

Хорошо. "Защищаться не имею возможности, принял решение наступать".

- Стой, ворюга! - прикрикнул я на детину, вовсю подбиравшего просыпавшиеся из рваного мешка ценности. - А ну, вон отсюда!

Похоже, мужичок вообще перестал соображать, что происходит. Выпрыгнул из-за угла какой-то нотарий, кричит что-то невнятное (давно не общаясь с "носителями языка", я глотал целые слоги греческого), угрожает. А вокруг проносятся люди, до смерти напуганные, думающие о том, как бы поскорее ноги унести из города.

- Иди отсюда! - огрызнулся детина, вставая во весь рост.

Я оценил, знаете ли. Повыше меня, шире в плечах раза в два. Голова с походный котелок (и такая же пустая, в чём у меня не было сомнения). Руки крепкие, привычные к перетаскиванию тяжестей. Не будь я специалистом широкого профиля, испугался бы. Признаться, всё равно как-то не по себе стало. Но у меня-то опыта передряг побольше. Да и надо же войти в доверие к местным, чтобы при случае спасли!

- Пойду.

Только сперва ты, - я достал из-за пояса кинжал.

Словесная дипломатия - оно, знаете ли, хорошо, аристократично и вообще. Только доброе слово и нож всё равно сделают больше, чем просто доброе слово.

Мужичок сделал шаг назад, сжался весь - и махнул в сторону, в том же направлении, в котором скрылся его подельник.

Бегущие горожане и вовсе не заметили моего славного подвига. Всё так же спешили убраться прочь. Стало несколько обидно. Ну да ладно.

Может, всё-таки мне это зачтётся.

Времени копаться в "добре" не было, а потому я поспешил вместе с горожанами по улице в поисках надёжного укрытия. В нём надо было переждать опасность и осмотреться. Латиняне должны сперва перехватать тех, кто на улицах, вломиться в самые богатые дома - и лишь потом приняться за методичный "обход территории". Поэтому - ищем какую-нибудь покинутую развалюху! А потом - за план Константинополя. Надо уточнить, где же я оказался!

Пришлось слиться с толпой, которая всё тучнела и тучнела.

Долго так продолжаться не могло: по всем законам войны, вот-вот должны показаться латиняне. Собственно, от кого-то же бежали горожане! И бежали, скажу я вам, очень и очень бодро! Они бы так дрались на стенах...

Бегущий впереди старик упал мне под ноги. Я едва успел свернуть и поднять на ноги бедолагу. Тот не в силах даже был поблагодарить. Расширенные от ужаса глаза и постоянно срывавшаяся с губ фраза: "Нам конец!". Оптимистично, нечего сказать.