"По ту сторону престола"

Чужеземец этот на нашей земле незаконно, а шпион он или нет – дело уже крайнее. Предлагаю дождаться царского посла и передать ему грамоту о незаконном прибытие чужеземца, а там уж пусть царская канцелярия решает, что же мы с ним будем делать. В огонь, значит в огонь!

— Есть смысл в твоих словах, Славка.

— То-то же Никитич, а то «в топку», «в топку»! Может почем зря паренька сгубим, а оно нам надо?

Слава, тот самый стрелец, который меня арестовал, подошел ближе, пронзительно посмотрел мне в глаза и уверенно сказал:

— Значит так, дружочек.

Я тебя от топки спас, а значит ты мне должен! Попрошу не выкидывать никаких фокусов и спокойно дождаться посла. А до тех пор, пока посла нет, ты побудешь в темнице.

— У меня есть другие варианты? — я постарался отвечать - не выдавая свой испуг.

— Из других вариантов - только костер, — заржал Слава — Да ты не переживай, кормят там сносно и даже не обижают. Ну почти!

Я проглотил подступивший к горлу комок и молча опустил голову. Стрельцы с безжалостным лицом подхватили меня под руки и повели за угол, где располагалась та самая темница.

Через пару мгновений я оказался в темной комнате, а за мной закрылась массивная железная решетка. Холодный пол встретил меня не очень радушно, но я нашел в себе силы сесть и растереть затекшие запястья. Скудное освещение проникало через узкие прорези в стенах, оставляя вокруг меня лишь пугающую полутьму.

Стрельцы уже исчезли из виду оставив меня наедине со своими мыслями. Будучи лишенным памяти и оказавшись в непонятной ситуации, меня охватило чувство полной дезориентации.

Мозг моего сознания наполнился ворохом вопросов, каждый из которых искал ответа. Просматривая свою жизнь, как киноленту, я попытался восстановить события последнего дня. Очень много вопросов! Как я попал в лес?

Немного погодя, в голове начало проясняться. Офис, созвон, Карина. Картинка в моей голове начала складываться. Последнее воспоминание - это ступени офиса и испуганная Карина. Так как же я все-таки оказался в лесу перед кучкой ряженых дибилов?

Так я провел много часов в темнице, не двигаясь с места, проникая все глубже и глубже в свои мысли и сомнения.

Постепенно до меня начало доходить, что здесь происходит. Сон? Должно быть - это и впрямь дурной сон. Я вздрогнул, когда сзади эхом раздался глубокий и грубый голос:

— За что же это Вас, уважаемый, сюда упекли?

Мои глаза так и не успели привыкнуть к кромешной темноте, поэтому все это время я не замечал, что в темноте я не один.