Мертвые руны

Искусный валирийской клинок, инкрустированный древними рунами, блистал белой бронзой, тонко нанесенной на лезвие и рукоять, а рядом покоились ножны, покрытые причудливыми узорами письмен Первых Людей.Покинутая.Очарованный холодной красотой, Эйгон с трепетом взял оружие в руки и на пробу взмахнул пару раз, да так и замер, ошеломлённый – чувство лёгкости и единения, словно меч был частью его тела, продолжением руки, оказалось настолько восхитительным, что сердце сжалось.Ничего подобного раньше он не испытывал и ни разу ему не нравилось держать клинок так как сейчас.

Это был его меч. И сама сталь признавала в нём хозяина.Эйгон усмехнулся: получается хозяйка Рунного Камня и их одарила за храбрость или наивную глупость.Просто очаровательно.

***Старый замок взволнованно гудит перестраиваясь под действием древней силы, заложенной в его стенах и фундаменте, порой срывается на тихий жалобный скрип или протяжный вой, когда окаменевшие уже башни сдвигаются, освобождая больше места для драконьего стойла.

А затем смолкает под треск каменных плит, складывающихся в ребристый спуск к подземным пещерам, система которых была богата ходами и тоннелями, с выходом к морю, омывающему утёс, ставшим частичным пристанищем замку. Столько места с лёгкостью хватит на целую драконью армию, и если потомки новообретенных наследников будут одарены милостью своих предков, то однажды под сводами Рунного Камня станет ютиться много драконов. Или нет. Тогда пещерам найдется другое применение — дети, Рея уверена, с большим энтузиазмом придумают как извлечь из них пользу. Впрочем, это будет делом грядущих времён, большую часть которых она точно не застанет. А сейчас — ремонт.Стряхнув капли теплой воды с рук, Рея неторопливо обтёрла их сухой тканью и повернулась к замершей у окна сестре. Пока Рунный Камень был подвержен реставрации и ходил ходуном, творить изобретения или эксперементировать с рунами не представлялось возможным, а потому младшая Ройс маялась скукой, и, конечно же, ходила за ней по пятам. Как в детстве. Только детьми они давно не были, но кого это волновало?— Нравится? — с усмешкой спросила Рея, перетягивая внимание сестры с вида обновляющегося замка на себя.Елена обернулась, отчего тёмные кудри в беспорядке разметались по плечам, и, не сдерживая радости, одарила её улыбкой.— Я ведь говорила, что дети в доме принесут светлые дни. Посмотри, — она кивнула в сторону окна. — Как сильно меняется наш дом только ради них.