Пока ты не предашь меня

— Там кости, — коротко ответила Ван Шен, тщательно и с осторожностью пережевывая пищу.

— Серьезно? — девушка приподняла одну бровь и выразила максимально саркастичное недоумение: — Откуда в рыбе кости?!

Культистка бросила на неё тяжелый взгляд, но промолчала. Не потому что не хотела спорить с дурным человеком, а потому что начав говорить могла случайно проглотить кость и подавиться. Дожевав, она аккуратно вытащила кончиками палочек маленькую тонкую косточку и положила на бортик тарелки. Прежде чем отломить очередной кусочек она тихо, но отчетливо пробормотала:

— Пуская в ход руки и ноги будь готова к тому, что тебе их когда нибудь переломают…*

* 动手动脚 — Dòngshǒu dòng jiǎo — двигать руками и ногами/ пускать в ход руки и ноги/ баловаться, шутить, играться, заигрывать с женщинами/мужчинами.

Ли Цзы хихикнула, не приняв угрозу всерьёз, но в следующий миг насторожилась; её сердце испуганно пропустило удар. Прибывавшая в слегка хмуром, но благодушном настроении Ван Шен в один момент переменилась.

— Почему он здесь… — культистка отбросила палочки и вскочила со своего места.

— Что с тобой? — Ли Цзы подозвала подавальщицу и рассчиталась, попросив упаковать с собой остатки рыбы, — Куда ты?

Она бросилась за побежавшей к выходу подругой, но та была много раз быстрее и чуть было не пропала из виду. Если бы Ли Цзы не смогла её догнать и схватить за руку, то точно стала бы посмешищем школы.

— Это дела моего культа, — резко ответила Ван Шен, сбрасывая чужую ладонь.

— Это дела моего города, — в тон ей сказала Ли Цзы.

Фактически, близлежащие к школе города действительно были у них на попечении, поэтому проблемы подобного характера решались школой. И культ Шаньлу был именно такой проблемой.

— Как хочешь, — девушка быстро рванула а направлении, понятном только ей одной, — Меня он не убьет, но прикончить тебя ему ничего не стоит.

Обежав город вдоль и поперек несколько раз в тщетных попытках поймать ветер, девушки наконец остановились.

— Что с тобой? Болит? — Ли Цзы обеспокоено протянула руку, собираясь дотронуться до этого места, но была мягко остановлена.

— Уже не болит, — Ван Шен улыбнулась уголком губ, — Потому что мы его упустили и он убежал далеко.

Они стояли в небольшом заулке, солнце постепенно садилось и мрак здесь сгущался по-особенному зловеще.