Медведь

- голос Хала вернул жреца к действительности.

– Простите меня, друзья, я действительно отвлекся. До сих пор это воспоминание ласкает мою душу. Так вот, Магуш забрал меня к себе и обучил разным премудростям своего темного ремесла. Люди к нему приходили разные и каждый хотел свое. Я уже многое умел, поэтому, чтобы не отвлекаться от изучения разных манускриптов и проведений всяческих опытов, он посылал меня выполнять эти просьбы, развлекаясь в свое удовольствие. И все было хорошо, пока я не заметил, как он начал меняться.

Стал более раздражительным, осунулся, а в глазах появился нездоровый блеск. От моих замечаний он только отмахивался, приговаривая что оно того стоит. О чем шла речь я не понимал, но и расспрашивать как то не особо хотелось.

Однажды двери его комнаты для опытов распахнулись, он выбежал оттуда и громко позвал меня. Я был неподалеку, впрочем как и всегда, мало ли что может понадобиться. Выглядел Магуш в тот момент очень возбужденно. Глаза блестели каким то безумием.

- Абдул, мне срочно нужен ребенок! Девочка, лет семи!

- Э-э-э… Господин, но где я найду вам ребенка? И как я приведу его к вам? - промямлил я оторопело от столь необычной просьбы.

- В городе полно бродяжек. Сходи и приведи мне девочку. Не бойся, я ей подарю подарок, достойный всех царей мира! - колдун развернулся и скрылся за дверями комнаты.

На следующее утро я привел ему девчонку. Оборванку с улицы. Магуш приказал помыть ее и накормить, после чего он забрал ее к себе в ритуальный зал. Меня он не пустил. Он никогда меня туда не пускал.

А мне очень хотелось увидеть что же там творится. Поэтому через потайной ход, я пробрался к небольшому отверстию в стене, через которое была видна середина зала с алтарем.

Все далее происходящее, все что я увидел, было как будто нереально. Мой учитель прочитал над девочкой заклинание, которое обездвижило ее, и положил ее на алтарь. Сам же встал за стойку с какой то книгой и начал читать оттуда текст на непонятном языке, рисуя в воздухе незнакомые мне символы. Вокруг алтаря возникали призрачные узоры, фигуры, голос Магуша звучал все громче и громче.

Девочка поднялась над алтарем и парила буквально на расстоянии в ширину ладони. Я не видел ее лица, но чувствовал ее страх, который держал ее в оцепенении похлеще всякого заклятия. Это была высшая магия, к которой я только только начал прикасаться. Учитель перешел от говора к пению, громкому и тягучему. До меня наконец дошло, что он читает какое то древнее заклинание из этой книги.