Медведь

Город Касáпа расположился на берегу большой бухты Месендинского моря и являлся крупным торговым портом, куда съезжались купцы со всех концов света. Место для города было выбрано очень удачное - с одной стороны вода, а с другой - небольшие горы и густой лес, через которые вела, хоть и широкая, мощенная булыжником, но одна единственная дорога, упирающаяся прямо в городские ворота. Так же одной стороной Касáпа настолько близко прилегал к горе, что казалось, будто врос в нее.

Конечно не всегда так было. Когда сюда пришел еще не старый Абдулбари, Касáпа представлял из себя маленький аул, промышлявший ловлей рыбы и продажей ее эльфам, гномам, людям и всякому другому люду, что изредка заезжал сюда.

Колдун поселился на отшибе, ближе к горам и договорившись со старейшинами, начал постепенно строить здания и расширять границы города, попутно налаживая торговые связи с другими городами. Султан, прознав, что у него на земле отстраивается город без его ведома, заслал лазутчиков все вызнать. А когда узнал, что там всем заправляет колдун, быстро прикинув выгоду от союза с ним, лично приехал посмотреть на стройку и познакомиться. Абдулбари не был дураком, и заключил с султаном договор на взаимовыгодных условиях. Постепенно город разросся до нынешних размеров, про него узнавало все больше и больше людей и существ, и вскоре туда хлынул поток купцов и товаров. Горожане перестали бедствовать и перебиваться скудной едой и доходом.

Да, по размерам до Александрии или Константинополя, Касáпе было далеко, но зато тут было вполне безопасно.

Мало кто отваживался напасть на город, зная, кто управляет им. Пару раз были попытки, но все решалось достаточно быстро и очень кроваво, в назидание другим любителям до чужого добра.

Посередине города была построена широкая площадь, что впоследствии превратилась в большой рынок, где продавалось и покупалось все что угодно. Лавки стояли очень плотно. Торговцы наперебой зазывали народ к себе. По всей площади стоял шум и гам торгующихся людей.

Как раз через этот рынок и проходил путь Абдулбари и спутников в дальний конец города, где городская стена примыкала к горе. Рагнвальд шел впереди, за ним колдун и замыкал процессию Хал. Весь город знал своего правителя, поэтому там, где они проходили, шум стихал, а народ благоговейно кланялся и расступался, дабы освободить дорогу. Жители втихаря показывали на северян пальцами и шептались, видимо так и не привыкнув к их присутствию в своем городе.