Девиз Рыцаря том 3 Mea Culpa

-Лучше тебе держать свою пасть закрытой, пока я сам не заткнул её! - в бешенстве от такой наглости казначея взревел юноша, словно лев. - Подлый ублюдок. Только попробуй предать нас всех!

Ливерд стих и вжался в стену. Бешеный взгляд юного рыцаря заставил его задрожать. Но стража пришла на помощь. Солдаты окружили их и попытались схватить Амори. Тогда уже Дюран и Крусак не смогли стоять в стороне.

-Назад! Только дёрнитесь! - выхватил свой топор лучник и закрыл собой друга.

-Не стоит вам этого делать, - добавил Дюран, обнажив свой клинок.

За ним и его добровольцы стали готовится к бою. Видя, как опасно накалилась обстановка, Амори вынужден был отступить. Отпустить и даже поправить помятый наряд казначея.

-Помни этот момент. И помни, с кем говоришь впредь! - понизив свой тон, произнёс юноша и, злобно сверкнув глазами, зашагал прочь.

-Ты пожалеешь об этом. Клянусь! - словно змея зашипел вслед рыцарю Ливерд, когда тот уже отошёл и не мог услышать его.

Глава 9

Штурм не состоялся. Войско врага оттянулось на свои прежние позиции.

Но внимание защитников не ослабло. А лишь усилилось. Все ждали подвоха со стороны неприятеля.

Но с наступлением темноты ничего не изменилось. Стало лишь холоднее. Лужи и грязь во дворе застыли. Пошёл снег. Видимость ровнялась нулю. Дюран, однако, свой пост на башни покидать отказался, несмотря даже на приказ казначея отстранить от охраны всех добровольцев. Этот указ был воспринят ими как подлость. Недовольны остались и немногочисленные стражи шато.

Ибо на их плечи ложилась вся тяжесть обороны. Среди воинов росло недовольство Ливердом. Он, тем не менее, продолжал настаивать на своём.

Впрочем, указ этот так и остался словами. Дюран не намеревался его исполнять, считая единственным достойным командиром в шато одного лишь Амори де Тьери.

Сам же юноша удалился в часовню. Он устал от всего. Его тяготило положение дел. Не о такой участи мечтал он, не о голодной смерти в сырых подвалах грезил. Смрадный воздух крепости надоел ему не меньше, чем соседство с таким неотёсанным подлецом, как Ливерд.

А ещё Амори тяжело переживал за Луи и Марию. Друг умирал. Девочка рисковала не меньше, оставаясь там, среди множества заражённых. Но выхода из положения не находилось. Встреча с бургундцем добавляла мрака в его душе. Громкие слова, сказанные им врагу, хоть и произвели впечатление, но не на него самого. Юноша знал подлую натуру бургундца достаточно хорошо. Он не станет биться одни на один, как рыцарь.