Угрюм. Книга первая.

Полгода правит новый владыка земель, а Рассиния по пояс уже в крови стоит. Даже я месть свою забыла, пред его бесчинствами.

Злоба в душе Угрюма разгоралась с новой силой. Его обидчик упивается победой, уничтожает все коны, что вершили великие предки, а он последний из законных правителей, выкинут на край болота, слаб и жалок. Бессилие порождало обиду, обида - ненависть, неновисть заставляла действовать.

Осенним вечером, когда они вновь сидели за столом, ведьма словно прочитав мысли паренька говорила.

– Я уже сказывала вам однажды, что я ведьма лет и времён, что живу в этом мире больше полторы тысячи лет и зим.

Я могу Угрюм, раскрыть твою силу. Сила крови, у её приемника раскрывается примерно на восемнадцатом - двадцатом году, но мы можем провести древний обряд. Ты добровольно отдашь мне годы своей жизни и взамен обретёшь ту силу, которую ищешь. Это предложение выгодно нам двоим, но я могу и обойтись без твоих годков, а ты сможешь тут отсиживаться ещё минимум пять, а может и семь зим, в ожидании, когда твоя кровь проснётся? Не сожрёт ли тебя ненависть за этот срок? Не потеряешь ли ты веру в своей душе? Подумай три дня, не спеши парень.

Ответ был очевиден для Угрюма, надо совершать обряд и идти войной на двоюродного брата, остановить бесчинства.

Когда на следующий день ведьма вновь улетела за тёмный лес, к парню, сидевшему на завалинке у дома, подошла Олейка.

– Ни соглашайся на этот обряд Угрюм. Ведьма сгубит тебя, забирёт все твои годы и оставит немощным стариком. Давай будем жить здесь, да ждать когда срок сам настанет.

– А если не настанет этот срок Олейка? Я же в бочке жил тринадцать годин, да и теперь мне тринадцатая зима пойдёт, выходит мне уже за двадцать точно должно быть, а я слаб, как может быть слаб отрок тринадцати зим от роду. Если бы не меч, я бы и обряд посвящения не прошел бы. Годовит меня обучал, как простого воина, а мне надлежит быть сильнее сотни воинов. Что же мне сидеть тут? Прятаться, как заяц прячется от лисицы? Нет! Я не буду зайцем, я готов стать волком и не меньшим, чем наш Мрак!!!

– Слова ни мальчика, но мужа, – из-за угла дома неожиданно вышла старуха (когда только она вернулась).

Вид ведьмы был преисполнен умиротворения.

– Ты благородный человек Угрюм и честный, такой, каким должен быть мужчина, такой, каким были мужи племени янты. Клянусь тебе кровью своего племени, что если в твоей душе не погаснет этот благородный свет, моя месть не подёт на тебя и твои народы, если ты сумеешь завладеть троном белой расы.