Хроники Асдаля Продолжение

Он знал, что сейчас, в момент крайнего волнения, его глаза светятся пурпурным огнём, а это надо скрывать... Это ощущение! Однажды, когда оно накатило в присутствии другого человека, у того в глазах появился воистину животный ужас. Это была Хэ Туак. Бойкая служанка после того случая долго не могла прийти в себя, и наверняка до сих пор помнит о том страхе.

Вдох. Выдох. Ещё раз. Сердцебиение успокоилось.

«Что ж, обещание есть обещание», - Сая взял со стола маленькую дощечку, кисть и быстро нарисовал цветок, точнее ветку жимолости, подул на краску.

Как только она высохла, он обернул дощечку в платок и вышел из комнаты с намерением найти кого-то из стражей. Один стоял уже за поворотом.

— Это надо отнести Верховной жрице Аса Тане. Передать прямо в руки.

— Будет сделано! - и страж почтительно поклонился.

Сая удовлетворенно кивнул и... «За окном такой прекрасный день! Почему мне так... Да, так дело не пойдёт. Сегодня ночью... это было нечто!» - и в желании разобраться в том, что никак не дает покоя, Сая решил вернуться в комнату.

Дверь снова заперта. Юноша сел на кровать и закрыл глаза. Он только что отправил Тане послание... Таня...

Вчера вечером Таня так льнула к нему. Она не только не отстранялась от него, но напротив, то и дело сама брала его за руку и держала крепко, и он чувствовал, как от волнения влажна ее ладонь, даже ощущал, как сильно бьется её сердечко. Для Саи это был совершенно новый опыт. Никогда прежде Великая не допускала его к себе так близко. Это страшно смущало, волновало и требовалось прилагать огромные усилия, чтобы сохранять внешнюю невозмутимость и приветливость.

Конечно же в голове Саи ни раз мелькнула мысль, а что если Таня слукавила, и на самом деле она к нему... Но тут же жестокое нечто отрезвляло его, напоминая слова Тани о любви сестры, о том, что она решилась признать его своим братом: «Это она за НЕГО так волнуется, а в тебе ищет лишь поддержку! Она страшно устала быть одинокой...»

Это была очень болезненная мысль. Очень! Но у человеческого тела, да и сознания есть такая способность - приспособляемость.

Мы способны привыкнуть очень ко многому. Вот боль... Страшно больно в первый раз, ты не ожидал этого, и потому больнее вдвойне. Во второй раз страшно уже от самого ожидания боли, предчувствия встречи с болезненным опытом, но сама боль оказывается уже не такой драматичной, и это становится открытием. Новый удар уже идёт рука под руку со вторым воспоминанием, что да больно, но всё-таки терпимо.