Я здесь… Фантастический роман

 – Они прилетели на этом корабле, как и мы! И что-то произошло. Корабль повредился, связь пропала или вообще не с кем было связываться. Помните, начальный этап освоения далекого космоса был самым трагичным в истории космонавтики, да и Земли тоже. Корабли уходили и не возвращались. Просто пропадали… Работа квантовых систем не была изучена на должном уровне. Фактически, то был билет в одну сторону. Я читал, когда первый корабль вернулся – один из семнадцати запущенных к тому времени! – это был праздник для всей планеты! Помните их имена?.

.

– А имена не вернувшихся…

– Так, – Альберт Семенович перебил Михаила и, поднявшись, мягко, но настойчиво усадил Сашку, – все имена известны, всех помнят, все материалы хранятся в архивах. – Он обвел взглядом своих ребят. – Мы узнаем имена тех, кто попал сюда, на эту планету, и не смог вернуться на родную Землю. Если это, действительно так, – добавил он твердо. – Для этого нам необходимо войти в храм. Снаружи корабль зарос, и мы не можем на глазах у аборигенов его чистить.

А внутри должны быть маркеры корабля, возможно, сохранились какие-то информационные материалы. Добудем – поймем, что тут произошло.

– Слушайте, – Жаргал, словно не услышал предостережение командира об опасности беспочвенных рассуждений, – здесь сейчас порядка ста – ста пятидесяти аборигенов, а на корабле было не более шести. Разве такое возможно даже за триста лет?..

Командир пропустил вопрос Жаргала и дал разводную:

– Нелли, Александр, Жаргал! Вы разрабатываете план проникновения в храм.

Вы, ребята, – он перевел взгляд на Влада и Миху, сидевших рядом, – чините наш корабль. Вдвоем справитесь.

Накануне удалось добраться до места повреждения. Обшивка корабля осталась целой, а вмятину можно было выправить изнутри. Жаргал с Михой освободили подступы к ней, и нашли повреждение антигравитационной системы. Именно поэтому корабль не удавалось поднять при повышенном магнетизме места посадки. Миха лучше всех разбирался в технике. Что говорить, он был гением! Если кто и сумеет устранить неполадки, так это Миха! Альберт Семенович не сомневался в этом.

При всей кажущейся неуклюжести, когда дело касалось всяких проводков, механизмов и тому подобных атрибутов, Михаил менялся на глазах. Его движения становились точными, в глазах загорался азарт, во всех действиях сквозила уверенность.

– А я – на связь! – Альберт Семенович встал, давая понять, что инструктаж окончен и пора за дело.

Ночью прошел дождь.