Экзорцизм – дело для профессионалов. Пролог

– Прошу прощения, сэр, я стучал, но вы не отвечали, а дело срочное!

Благодушие слетело с доктора Вита, словно листья с дерева в осенний, ветренный день, а на замену ему медленно поднялась тревога. «Началось!» – подумал он, и эта мысль не имела рационального объяснения. Просто что-то в лице помощника, в его тоне, в том, как он смотрел на Вита, дало это понимание.

– Что случилось? – голос осип.

– Тут прибежала девчонка-посудомойка из господского дома, куда недавно въехали Вейты, говорит, что хозяйке плохо, вас зовет…

«Откуда он знал? Откуда этот янтарноглазый подонок все знал?! И что только заставило меня связаться с ним?!» – вопросы один за другим вспыхивали и гасли в голове доктора, а сам он тем временем вытащил из-под стола свой рабочий саквояж, на дне которого, вместе с традиционными врачебными инструментами, лежали предметы несколько иного характера.

Те, которые прислал «друг». Ивовый прутик, тонкая серебряная цепочка, медальон и флакон из искрящегося стекла, в котором лежал белый лилейный лепесток.

Лепесток следовало убрать в медальон, а тот – повесить на цепочку; цепочка предназначалась для человека, на которого укажет ивовый прутик.

– Заложите двуколку и подгоните ее к крыльцу! Я поеду один!

Помощник легонько поклонился и вышел, а доктор Вит со вздохом извлек нужное из саквояжа. Лепесток лилии выглядел удивительно свежим, словно его только что сорвали, и тем страннее был аромат, вырвавшийся из флакона: пыли, тлена и гниющих цветов.

Доктор раскрыл медальон, вложил в него лепесток, а затем вдел цепочку. По пальцам пробежал холодок. Убрав в карман пиджака ивовый прутик, Вит поспешил на выход.

Двуколка в полной готовности ждала, где положено, а в ней сидела девчонка-посудомойка, размазывая по щекам слезы.

– А ну-ка выбирайся отсюда! – прикрикнул на нее доктор, но та неожиданно серьезно на него посмотрела и вцепилась тонкими пальчиками в бортик экипажа.

– Нет! Там мои мама и братик!

Вит скривился, тяжко вздохнул, но прогонять не стал – ему было жаль ребенка, который явно волновался за близких. Тогда он не задумался над тем, почему девочка волновалась, а стоило бы.

Едва лошадь остановилась, как девчонка соскочила на землю и бросилась к дому, миновав незапертые кованные ворота. Доктор Вит же так неприлично торопиться не мог, да и что скрывать – не хотел.