Кровные оковы

Юноша удивлённо замолчал.

– Нет, я не о занятиях. Вернее сказать, о тренировке иного плана. Есть кое-что, чем вы можете помочь лагерю. Кажется, вас оскорблял факт тренировок и пустого безделья?

Юноша, нахмурившись, проследовал за ним в центральный двор. Табурет от костра уже убрали, и они вошли в шатёр. Он был куда роскошней его собственного: высокие опоры, ковры и покрывала в несколько слоёв, а в отдалённой стороне стоял стол с теми самыми табуретами.

– Значит, – удовлетворённо улыбнувшись, Лоренц присел на ближайший к нему стул, – я уже гожусь на что-то полезное? Вы отправите нас на разведку? Я буду участвовать в продумывании стратегии? Или, может быть, моя сотня пойдёт в…

– Вы отправитесь в Кипрейку офицером с фуражной командой, – не терпящим возражения тоном отрезал Деймос, присев рядом.

– У прочих дворян сейчас нет свободного десятка людей, потому послать я могу только вас.

– Как вы смеете, – прошипел Лоренц, сжав кулаки, – отправлять меня с носильщиками и торговцами? С запада пришла разведка с новостями – моя, между прочим, разведка!.

. – и мы должны сейчас готовиться к выходу, а не оседать здесь ещё крепче!.. или вы надеетесь отправить меня по другую сторону боёв, чтобы не пришлось больше со мной няньчиться? Так и не понадобится! – он резко стал на ноги, – я достаточно обучен, чтобы…

Командир хлопнул ладонью по столу. Лоренц застыл.

– Никогда, слышите, никогда – тихо начал он, – семнадцатилетние мальчишки не отправятся на передовую под моим командованием. Вы хотите в бой? Хотите славы и подвигов? Вы понимаете, что вас там ждёт на самом деле?

– Я знаю одно, – отрезал Сиятельство, – что сидеть, сложа руки, пока вверенные люди идут защищать честь герба и земель – величайший позор, который может испытать дворянин! Ах, точно же, вам ведь этого не понять, – бросил он, ухмыльнувшись.

Когда-то я пожалею об этом, подумалось ему. Но сейчас во мне вино, решительность и поруганная честь.

Айскальт побледнел.

– Я говорю сейчас не как ставленный служилый без права наследования титула, – медленно произнёс он и поднялся на ноги, не сводя глаз с Лоренца, – а как голова второго столичного приказа, оставленный в лагере за главнокомандующего волей Его Светлости Орне Фернетта.

И, как ваш командир, я могу распоряжаться вашим временем, ресурсами и людьми так, как мне будет угодно. Помолчите! – рыкнул он, увидев, что Лоренц хочет ему ответить, – ваш батюшка, Его Сиятельство Филипп Альмонт, велел вернуть вас живым во что бы то ни стало.