Зов Оз-моры

– Злиться будешь? Значит уже не хочешь, чтобы я отомстил степнякам? За твою мать, за отца, за Лайме… Неужто ты простила татар?

– Нет, ненавижу их, но за тебя боюсь. Ты ведь и погибнуть можешь, и скопцом стать… на войне.

– Кто тебе такое нашептал? – возмутился Денис.

– Инжаня…

Денис тяжело вздохнул, потом махнул рукой.

– Бог с ней. На ярмарку всё одно надо ехать. Изутра. И не страшись. Никто меня, хромого, в служилые не запишет.

«А ведь правда! Зачем же я, дура, проговорилась о своей клятве?!» – начала корить себя Варвара.

Она с минуту простояла в задумчивости, потом отчеканила:

– Ты же хромой, Денясь! Еду с тобой. Следить буду. Чтоб не споткнулся, чтоб нога опять не заболела. Вместе выбирать колосник будем.

– Добро, Толга, – грустно улыбнулся Денис.

– Значит, едем, – сказала Варвара и повернулась к Валгаю:

– Завтра встань затемно и беги к нам. Поедем в Томбу.

Парень понял, что никакой работы в кузнице уже не будет, а значит, он больше не нужен.

– Пойду? – спросил он.

Варвара кивнула, и подмастерье побежал домой.

– Почто же ты матерью клялась Инжане? – спросил Денис, когда они остались одни.

– Она будто заворожила меня. Клещила, давила. Говорила: «Тяжёлые времена настают. Деревне трудно без оз-авы».

– А ты здесь причём? Инжаня умирать собралась?

– Не знаю. Она мне сулила: «Скоро, скоро ты будешь оз-авой».

– Значит, Инжаня чует скорую смерть. Она же ведьма, вот и чует… А что за трудные времена?

– Крепостные времена. Она говорит, что зря Офтай надеется. Не сможет защитить себя деревня.

Не нужны сабли, не нужна рогатины. Нужна оз-ава. Молодая оз-ава. Красивая оз-ава. Она – утешение.

– Выходит, не токмо мы с тобой, но и Инжаня это разумеет. Знает, что оружие деревню не спасёт. Тогда я здесь для чего потребен?

– Офтай спорит с ней. Настаивает. Говорит, деревня сможет отогнать всех врагов.

– Но ты ведь знаешь, что не сможет.

– Вестимо, знаю, – вздохнула Варвара. – Моя Лайме! Мы хотели воли. Хотели не платить тягло, не платить ясак. Думали воевать.

И с рузами, и с татарами. Не сумели! Начали сражаться, и татары нас перебили. Легко-легко! Всех перебили! Я одна убежала в лес. На дерево залезла. Погибла моя Лайме! А Вирь-атя разве другая? Выбирать ей придётся. Или рузы, или татары. Рузы лучше. В полон не уводят. В рабство не продают. К земле прикрепляют. Крепостные времена настают!

– Но ведь и нас с тобой закрепостят, если мы тут останемся. Ты об этом не думала?

– Здесь мокшет живут. Я мокшава. Я с ними.