Зов Оз-моры

Купчишка по восемь берёт, ты же сама говорила.

– Не лезь не в своё дело, – шепнула она ему на ухо. – Купчишка по восемь берёт, а стрельцам продаёт по двенадцать. Они на казённые деньги запас собирают.

Стрелецкий начальник, услышав знакомый голос, присмотрелся к Денису и так обомлел, что выронил облизанную ложку.

– А ты как тут оказался? Почто в мордовскую рубаху вырядился?

– Ты, чай, не обознался? – ответил Денис, хотя и сам узнал пятидесятника из Беломестного острожка.

Тот назвал его по имени:

– На память не жалуюсь, Денис! Я тебя ещё на Лысых горах заприметил.

Ты же ж заходил к нам с отрядом Путилы. На голову был выше остальных и в плечах ширше. Как тебя не заметить? Ты же ж в Беломестном городке колол дрова для ухи. Или станешь отпираться?

– Не стану. Я – тот самый Денис.

– А я Васька Поротая Ноздря, пятидесятник. Забыл уже?

– Да нет…

– Помню, как ты рубился с татарвой у стен Тонбова. Прямо здесь, вот на этом месте. И как потом Путила тебя по плечу трепал, награду обещал. Получил её?

– Женой меня Быков наградил, – с усмешкой ответил Денис.

Василий обежал взглядом Инжаню и Варвару.

– Обе красовитые! – заключил он. – Которая из них твоя жёнка?

– Та, что помоложе. Беленькая.

Василий улыбнулся ей.

– Славутная ты девка! Козловская, значит? А чего мордвой прикидываешься?

– Я мордовка, – ответила Варвара. – Толга. Так меня звать.

– А по виду русская откуда-нить с севера, – удивлённо покачал головой Василий. – Из Новгорода либо из Вологды… Ты, выходит, мужа к себе в деревню перетащила?

– И перетащила! – кичливо ответила та.

Василий изумлённо посмотрел на Дениса.

– Надо же ж! Козлов променял на челнавские болота!

– Путила, твой начальник, взъелся на меня. Вот я и уехал из Козлова. А голубка моя – ворожея. Давеча от смерти меня спасла. Вылечила, выходила…

– Быков мне больше не начальник. Бог избавил, – ухмыльнулся Василий. – Неужто не слыхал о государевой грамоте?

– Что за грамота? – заинтересовался Денис.

– С дуба упал? – поразился его неведению Поротая Ноздря.

– Все ж знают об этой грамоте. Из Разрядного приказа она прибыла. Дьяк Ларионов Григорий Яковлевич её готовил. Биркину и Боборыкину было велено устренуться на Челнавке и межу провести, где Козловский уезд, а где Тонбовский.

– Провели? – заинтересовался Денис.

– Вестимо. Устренулись воеводы, хоть и не терпят друг друга. Чуть глотки друг другу не перегрызли, но срядились-таки. Всё, что справа от Челнавки, Тонбову отошло. И наш острожек тоже.