Зов Оз-моры

– Кисель, – хмыкнул Денис. – У нас его варят к поминкам.

– Это у вас, у рузов… а мы им Кельме-атю кормим. Надо квасить, Денясь! Принеси воды. Ты ведь ходишь уже.

Денис вновь накинул тулуп, осторожно дошёл до колодца, всмотрелся в небо на востоке. Над гладью Челновой засияла Волчья звезда. Значит, вот-вот начнётся рассвет…

– Ну, что? – поинтересовалась Варвара, когда Денис вошёл в сени. – Не заболела опять нога?

Он поставил ведро рядом с дверью.

– Нет, но ходить боязно. Заледенел двор, запросто поскользнуться можно.

– Сегодня мне к ней не идти, а завтра видно будет. Говоришь, зачем нужен кисель? Может, Кельме-атя снег опять дарит? Ходить легче, нежели по льду.

– Ты лучше стала говорить по-русски, Толганя! – подлизался к жене Денис.

– А ты так и не можешь по-мокшански. Лентяй! – ущучила его Варвара.

Она размешала в воде овсяную муку, бросила в неё закваску и сухой измельчённый укроп.

– Ну вот! Внеси ведро в клеть, поставь возле печи. Завтра кисель варим. И мы едим, и Мороза кормим.

– А что у нас ныне на завтрак? – полюбопытствовал Денис.

– Калонь коршампяль.

– Из тех окуней, что Офтай позавчера принёс? Не надоела тебе рыбная похлёбка, голубка моя?

– Не коршампяль надоел. Варить надоело! – злобно буркнула Варвара.

– Как бы Инжане опять не пришлось нас мирить…

Оз-ава оказалась легка на помине. Как только Денис и Варвара дохлебали остатки окунёвой ухи и начали убирать со стола, явилась нежданная гостья – раскрасневшаяся, в валенках и толстой овчиной шубе, с двумя небольшими прямоугольными свёртками в руках.

– Не ждали?– с порога сказала она. – С праздником, Денясь!

– Вот не думал, что волховка поздравит меня с Собором Архистратига Михаила…

– Что-то ты неприветлив. Опять с Толгой поссорился? Будь с ней помягче. Она ж чреватая. Твоего ребёнка носит…

– Да мы и не ругались вовсе, – вмешалась в их разговор Варвара, которая протирала посуду пучком сухой крапивы.

– Вот и не ссорьтесь, – наставительно сказала Инжаня. – Я твоему мужу кое-что принесла.

Она вручила Денису первый свёрток.

– Ветхий завет? – спросил он.

– Нет, – таинственно ответила Инжаня.

– А что же?

– Посмотри…

Денис нетерпеливо развернул холщовую ткань и поразился увиденному.

– Икона? Ты ж уговариваешь меня отказаться от веры Христовой, и вдруг…

– Я ж тебя не принуждаю отказываться, – сказала Инжаня. – Ты сам должен разобраться, где истина. Молись пока своему Богу… а на этой иконке, видишь, и не Бог вовсе.