Зов Оз-моры

Ведь-ава! Но почему она вызволила его из загробного мира? Зачем он понадобился владычице воды?

Мина вышел на пологий берег, оглянулся и стал с наслаждением смотреть, как леденеет царство мёртвых и застывает страшная Чёрная река, и как в лодке, накрепко вмёрзшей в затверделую смолу, беспомощно машет руками Кулома, везущая в Тона ши очередного покойника.

Плечо у Мины вновь начало ныть и коченеть, хотя в нём уже не было морозной иглы. Мина подошёл к краю реки, пощупал носком сапога чёрную корку, помахал Смерти на прощание, развернулся и побежал в сторону светящейся бреши в каменном своде подземного царства.

----

[1] Кулома (эрз., мокш.) – смерть.

Глава 19. Клятва на липовом поленце

От бани до избы покойного Пулукша было шагов пятьдесят, не больше. Однако тропинка между ними была узкой и заросшей пожелтевшим, отжившим свой срок бурьяном и репейником.

Доведя Дениса до избы Пулукша, Варвара и Инжаня уложили его на настил в кершпяле и с одежды начали снимать репьи и клещей.

– В доме так чисто! – порадовался он.

– Снохи Офтая убрались, потом ещё и твоя Толганя, – ответила Инжаня.

– Кто здесь раньше жил?

– Старичок один. У него не было родни. Никого! Он помер, и теперь этот дом – ваш. И огород тоже… а вот пашенная земля кузнецу и знахарке не надобна. Она общине отошла.

– Ты селишь нас в выморочную избу? – ужаснулся Денис.

– Я очистила её заклятьями.

– Надо бы ещё попа пригласить.

– Где я тебе его возьму? – засмеялась Инжаня. – Мы с Толгой сделали всё, что нужно.

Она строго посмотрела на Варвару:

– А теперь, Толганя, побежали ко мне. За травами для твоего мужа.

Они ушли. Денис ещё долго скучал, лёжа на жёстком эземе, пил оставленную Варварой брагу и рассматривал потрескавшиеся потолочные балки, где разворачивался смертный бой. Осы шныряли от щели к щели, выискивая забившихся туда мух. Найдя, выгоняли их, жалили и уносили на прокорм своим личинкам.

«Нет такой щели, где муха сможет заховаться от хищной осы. И нет такого места, где человек сможет спрятаться от хищного человека…» – размышлял Денис…

Его жена вернулась ближе к вечеру с мешком сухих трав в руках.

– Ну, наконец-то! – обрадовался он. – Что вы так долго делали с этой ведьмой? Бражку пили?

Варвара надула губы. Она уже успела привязаться к циничной, но обаятельной и расположенной к ней жрице.