Тот самый Остров

Она придумает как это сделать – к тому времени.

- Как долго я тебя ждала, знаешь, чтобы так выполнить ритуал, как вы, да ещё в таком удалённом месте...

- Я не могла передать, что делать моему любимому, он покинул тело сразу, он думал, что успеет мне помочь, но это оказалось не так, он не успел.

Они спустили твою подругу в пещеру, сейчас там проводят ритуал, ей наденут на руки отягчающие браслеты, на руки и на голову – она провела рукой по своему лбу, затем голову отрежут и закрепят ее на шесте.

- И будет твоя подруга охранять это проклятое место как я до неё, пока они не подберут ей замену.

- Нет, я обещал её не бросать, помоги мне, пожалуйста, не забыть или вспомнить, пожалуйста, ну ты же натерпелась, помоги мне отомстить и уничтожить их. Умоляю тебя. Клянусь, я все сделаю, чтобы ее спасти или отомстить.

- Мне нравится, что ты просишь не за себя, это очень большая редкость. Но я действительно не знаю, что точно нужно сделать, чтобы это остановить, разве что уничтожить их и их шаманов.

- Тебе помочь не могу, единственное, что могу сделать, это дать тебе возможность увидеть все до конца.

Призрак протянул руку и пальцем надавил на раненое плечо Колдера, острая холодная боль пронзила тело, возникло ощущение чистой ясности, а затем всё погасло, он увидел, как к нему подходит Шаман с острым узким лезвием в руке, почувствовал удар в грудь, а потом увидел свое сердце в руке у Шамана, и пока держался холод в раненом плече и открытой груди, он был все еще жив.

И сквозь мутную пелену боли и слез ему суждено было видеть, как под ноги ему упал белый череп с белыми волосами и как Шаман торжественно пронес мимо него голову Мэри и надел ее на шест. Ее глаза были закрыты, светлые волосы запачканы кровью, кровь стекала по рукам Шамана и по шесту.

А потом на мгновение наступила темнота. И после этого Колдер увидел со стороны площадку, свое тело, все в крови с раскрытой грудной клеткой, шест с головой Мэри, Тони и Лиз с ужасом смотрящих на нее, они понимали, что с ними поступят так же.

Он почувствовал невероятную легкость и восторг, обещание покоя и радости, все было кончено, боли больше не было, он решил подождать Мэри, но ее не было видно, простила и ушла, решил он, и не было больше смысла в ожидании.

Он поднимался выше и выше, с удивлением смотрел вокруг, всё оказывалось не тем и не таким, о чем ему твердили всю жизнь, он отвернулся от Острова, это показалось ему правильным, и поднялся еще выше.