Милоа – спасители Эбери. Книга 2. Милоа-госпожа

Наверняка он прекрасно понимал, что в Угоре я не просто работала на почте и пыталась понять, как попала на Эбери, но и сотрудничала с местными группировками и племенами.

«А, может, Амирош знает про Милоа Триниана? Может, он, будучи хранителем, не так уж предан императору и ведет двойную игру?» — пронеслась в голове мысль.

Я снова села за стол. Что же, в общем и целом дела обстояли лучше, чем я могла предположить. Никто не собирается лишать меня полномочий. Ирдиг, кажется, выжил, а император со Стремительными до весны будут торчать на южном побережье Эбериана.

Я нисколько не расстроилась, узнав, что каганетт не сможет вернуться домой в ближайшие полгода. Едва ли мне хотелось общаться с кем-то из эберианской знати, тем более — кем-то из советников Атамурлана.

Гонец задержался у нас на несколько дней. Я велела поселить его в комнате на первом этаже и вдоволь накормить. Он также сообщил, что застал мою карету в сопровождении шести шуинов за пару десятков миль до Кадигара. Я искренне обрадовалась, узнав, что Идин, Барклай, служанки и мой скарб благополучно приближаются к Айзелану, и велела Аяку выехать им навстречу.

Я поняла, что сильно соскучилась по Барклаю, щенок мне даже снился. Идин со служанками являлись моими приближенными, да и небольшой багаж, который ехал с ними в карете, был мне необходим. В Айзелане мой гардероб пополнился в основном ездовыми и домашними костюмами, а вот утонченных нарядов здесь было не раздобыть. Местные портнихи утверждали, что их мастерства недостаточно, чтобы сшить достойные каганетты платья, и это стало еще одной причиной, почему я ждала свои сундуки.

Как стало понятно почти с самого первого дня, все лучшие товары прибывали в Айзелан из Западного или Эсхола. Именно туда Остав отправлял посыльных для покупки всего необходимого. Но когда дело дошло до ремонта особняка, я решила, что будет полезным отправиться в Западный самостоятельно и на этот раз официально.

В ту неделю как раз вернулся Аяк с каретой, а императорский гонец отправился в обратный путь. Вместе с ним уехала и короткая официальная записка Амирошу, в которой я благодарила его за предложенную помощь и сведения из тринианского лагеря, а также желала успехов в миссии на юге. Делиться с ним какими-то переживаниями или задавать вопросы не входило в мои намерения.