Милоа – спасители Эбери. Книга 2. Милоа-госпожа

Я немного изменила свою точку зрения насчет стремительного перемещения Атамурлана по империи.

Император не был статичным идолом, к которому все стекались, чтобы пасть ниц и просить о милости. Нет, он был активным, порывистым, ярким общественным деятелем, облеченным при этом абсолютной властью. Каждый в Эбериане знал, что его поместье может посетить повелитель. Никто не имел права расслабиться, запустить свои дела. Даже если ты слышал, что император сейчас находится где-то в Цитлане, а сам ты разбазариваешь наследство и занимаешься самоуправством в своих землях под столицей — через несколько месяцев Их Великолепие уже может переступить порог твоего дома и лишить тебя в одночасье всех владений.

Я уже достаточно долго находилась подле императора, чтобы видеть, насколько непроницаемым было лицо Атамурлана, когда он входил в новый дворец или поместье. Никто не мог догадаться, о чем он думает и замечает ли вообще что-либо вокруг.

Но я знала, что перед отъездом он оставлял небольшое послание хозяину — записку, написанную личным секретарем, или пару фраз, оброненных в момент прощания. И хорошо, если эти слова были сдержанной благодарностью за гостеприимство — об этом молился каждый землевладелец или управляющий, принимавший под своей крышей императора. Но немало было случаев, когда после визита Атамурлана у дворцов и земель хозяева внезапно менялись.

Адрэа рассказывала, что однажды император посетил дворец одного дэкора — крупного землевладельца. Прием был обставлен с роскошью, а императора потчевали не хуже, чем в столичном дворце. Но все было так наиграно, так подобострастно, что даже у самых невозмутимых советников к горлу подкатывала тошнота.

Атамурлан ни единым взглядом не выдал своего отношения к происходящему. Но от него не ускользнул страх в глазах слуг и похотливый взгляд дэкора, то и дело проходившийся не только по пробегающим мимо служанкам, но и по служкам мужского пола.

В последний день своего пребывания во дворце император намекнул дэкору, что тот может сильно услужить империи, если отдаст часть своей земли под строительство крупной мануфактуры. Фабрики в это время были достижением имперской индустрии, поэтому дэкор охотно повиновался.