Милоа – спасители Эбери. Книга 3. Милоа-возлюбленная

Простые жители провожали нас удивленными взглядами, а вскоре на тропинке под деревьями появился жрец, закутанный в светлый плащ.

— Ловец, мое почтение, — кивнул он Муабдипу. — Кажется, у вас что-то срочное.

— Каганетта желает переговорить с хранителями. Прошу обеспечить достойный прием, — со всей серьезностью произнес Муабдип, для убедительности положив руку на плечо жреца и пристально взглянув ему в глаза. Кажется, это возымело действие, и тот сразу поспешил передать новости остальным.

— Где мы остановимся? — спросила я Муабдипа.

— Внутри гор есть сносные комнаты. Гости тут, сами понимаете, редкое явление. Но на то они и хранители, чтобы всегда быть готовыми принять странников.

Я давно заметила, что Муабдип говорит про Милоа «они», а не «мы». Он следовал их заветам, но считал истинными Милоа (то есть, «спасителями») лишь учителей и хранителей. В то время как в народе Милоа обычно называли любого последователя учения.

Пока жрец сообщал о нашем прибытии, Муабдип отвел меня в утепленные комнаты: пещеры, выдолбленные внутри гор.

— Я бы умылась для начала, — сказала я, извлекая из дорожной сумки сменную одежду и небольшое полотенце.

— Как вам будет угодно. Я провожу вас, — чуть склонился в поклоне Муабдип.

Снова узкие дорожки вдоль многоэтажных жилищ, гладкие ступени на спусках и каменные перила. Я ежилась от ветра: в горах было гораздо холоднее, чем в Айзелане. Признаться, мне захотелось поскорее вернуться домой.

Муабдип проводил меня до пещер, где Милоа устроили себе некое подобие бань на горячих источниках, поделив их на женскую и мужскую половины. Я спустилась вниз, желая поскорее окунуться в бассейн с горячей водой.

В пещере царило приятное тепло. Вдоль стен на столиках стояло несколько масляных светильников. Я подошла к источникам и тут же услышала смущенный вскрик — в одной из каменных ванн женская фигура метнулась на глубину, скрывшись по самую шею.

— Извините за беспокойство, я просто хочу помыться с дороги, — сказала я, удивляясь, откуда взялась в моем голосе такая спокойная уверенность.

— Что? Каганетта, это вы? — женщина, кажется, узнала меня. Она привстала, оголившись из воды по пояс, и торопливо подошла к краю бассейна, чтобы взять полотенце. Приблизившись, я узнала Шию.

— Да. А вы Шия, насколько я помню. В прошлый раз, когда я приезжала, вы были моим проводником, — сказала я, с отвращением скидывая пропитанную потом и грязью одежду.