Тлауилли должен выполнить приказ

Хищник медлил, но явно собирался напасть. Чимолли по привычке прижал руку к бедру, нащупав подаренный когда-то отцом обсидиановый ножик.

— Когда я крикну, беги… — прошептал Чимолли, медленно ослабляя удерживавший сестру плащ.

Зверь бросился вперёд и в два прыжка оказался рядом. Чимолли, успевший скомандовать сестре и оттолкнуть её, выронил нож, но продолжал сопротивлялся: пинал хищника, держал руками морду — всё бесполезно. Тот не отступал.

Сына воина-ягуара вот-вот должен был убить покровитель отца, но почему-то медлил.

Хищник давно должен был разорвать человека, однако не шевелился. Вдруг глаза ягуара закрыла пурпурная пелена, шесть почернела, а вокруг закружилась дымка. Он отпрянул и послушно побрёл в кусты, откуда навстречу ему и выполз спаситель.

— Паук… — кое-как процедила Иолотли, указывая трясущейся рукой на заросли.

Ягуар послушно пригнулся, позволяя укусить себя за холку, и рухнул на землю.

Как жаль, что люди не в силах видеть эти превращения. Они не чувствуют саму магию, а ведь это и есть подлинная красота! В их глазах это был ничем не примечательный ягуар до самого конца.

Паук осторожно подполз ближе. Чимолли вскочил на ноги, готовый защищаться. Тлауилли замер и широко расставил лапы. Мальчишка выждал мгновение и бросился успокаивать девчушку. Понял жест? Весьма красноречивый, к слову, — из такой позы невозможно прыгнуть. Да и вообще атаковать не получится.

— Не плачь. Мы победили ягуара… — успокаивал Чимолли сестру.

Паук фыркнул. Если бы не его чары, погибли бы оба.

А от когтей ягуара или холода в джунглях — неважно.

— А если бы… он тебя убил?

— Но ведь не убил?

— Я тебя люблю… пожалуйста, хоть ты не умирай.

На лице Чимолли промелькнула горькая улыбка. Родной Теночтитлан уничтожен, родители погибли в бойне. Во всём мире у обоих больше никого не было. Уже три дня они жили среди зарослей, и только сейчас Иолотли снова заговорила.

— Не бойся, я не дам тебя в обиду. Клянусь, я выживу и отомщу им за всё. Они расплатятся за всё, что сделали.

— Как?.. — подняла на него заплаканные глаза Иолотли. — Ты же совсем один…

Чимолли заботливо смахнул с её личика слёзы.

— Воин-ягуар должен биться до самого конца. И пусть от нас отвернулись боги, мы справимся.

Паук снова не удержался и прошипел. Снова «боги»! Когда же они наконец-то поймут…

Иолотли вдруг снова прижалась к груди брата.

— Не надо! Они убьют тебя! Не надо…

— Не сейчас… когда отец умирал, я пообещал ему спасти. И я сдержу своё слово.