Античные полубоги нашего времени (рабочее название)

Просто меня застал врасплох этот неизвестно откуда взявшийся вопрос, а также излучаемое ею дружелюбие. Я серьёзно, она светилась как кусок какого-нибудь фосфора. Фигурально, разумеется. Светись она буквально — была бы каким-нибудь ребёнком Аполлона (хотя те, вроде, подобного и не умеют). Эшли казалась человеком, который на всё смотрит с оптимизмом и улыбкой, а мне с такими людьми не по себе. Постоянно приходится задаваться вопросом, как они во всем видят только положительное?

— Эшли, потом, — попросила Аннабет. — Эд, можешь положить арбалет и колчан вон туда, — она указала на свободную полку.

— Кинжал лучше пока положи на тумбочку, потом найдём тебе ремень.

Я кивнул, и оставил снаряжение там, где она сказала. Мы вышли на улицу, и Аннабет вдруг прокричала:

— Шестой, стройся!

— Чего? — только успел переспросить я, как Эшли и Малкольм встали рядом друг с дружкой по стойке «смирно».

— Проверка всех присутствующих, так что займи место в шеренге. Строимся по росту, — сказала Аннабет.

— Погоди, ты серьёзно? — усмехнулся я.

Во-первых, я не видел смысла в подобных «обрядах», когда в домике всего четыре человека, считая Аннабет. А во-вторых, я не очень люблю, когда от меня что-то требуют, особенно если это приказ военного рода. Армию я всегда недолюбливал, да и это место на военный лагерь вроде не смахивает.

— Так, а ну не спорь! — глаза Аннабет так грозно сверкнули, что я решил не препираться и поспешил встать после Эшли (да, я был самым низким).

Аннабет окинула нас взглядом и удовлетворённо кивнула.

(Как будто это построение было жизненно необходимо!) Надо отметить, что не только мы так заморочились. Ребята из домика напротив также выстроились в шеренгу, правда, она была больше и состояла из четырёх человек. Перед ними стояла высокая и крупная девушка (если это слово вообще применительно к ней) с каштановыми волосами и в армейской куртке и громко орала:

— Шерман, а ну живо сюда! Не заставляй меня ждать!

«Класс, ещё один Шерман, — подумал я. — Тоже, наверное, не танк».

Удивительно, но я оказался прав.

Из красного домика выскочил новый парень, который тут же занял место впереди.

— Опоздай ты ещё на четыре секунды, и тебе была бы крышка! — пригрозила та.

Голос у неё был громкий и властный и оказался даже страшнее, чем у Аннабет. Я невольно поёжился.

— Идём, — сказала наша староста и повела в сторону обеденного павильона.

— Вперёд! — гаркнула следом дочурка Ареса (а это был его домик), и те почти что строевым шагом последовали за ней.