Вопреки богам

– Какую женщину? Неужели ты думаешь, что такими лживыми словами сможешь заманить меня в ловушку?

– Шаманку-женщину, улмасуй*. Она тут, близко совсем. Забери ее и ступай назад. Сайгур говорил с шаманом. Тот говорил, что если эта женщина умрет в степи, боги прогневаются и шулмасы придут мстить.

– Этот степняк говорит странные вещи. Кого же так боится тот, кто не боится никого**? Может, поехать? – решил посоветоваться сбитый с толку Асмаррах.

– Командир, не мне учить, но верить степнякам нельзя. За ближайшим же холмом нас могут ждать три десятка кочевников.

Нельзя за ними ходить! – возразил десятник поста, самый старший по возрасту.

– Твоя правда, погоди, сейчас иначе попробуем, – Асмаррах набрал в легкие воздуха и закричал, обращаясь к степнякам. – Приводите эту женщину к нам в лагерь! Мы там с ней поговорим. Днем приходите.

Степняки зашептались, обсуждая предложение.

– Она не хочет идти, Ашумарах! Она гонит нас и грозит проклятьем! Мы поставили для нее шатер, развели костер, говорим, хорошо ли, почтенная улмасуй? А он говорит: «Не надо мне ничего, подите прочь!» Сам ходи к ней.

Тебя она послушает, шаман сказал! Совсем недалеко тут, – голос переговорщика был скорее жалостным и просящим, чем наглым. Слова он произносил все с большим волнением, а потому все чаще путал и забывал. Асмаррах теперь вспомнил, где он слышал подобную речь – молодой переводчик, что приезжал на переговоры, как только самирские войска заняли позиции в холмах. Только тогда он начал сбиваться, когда посланники Сайгура начали уж слишком нагло врать. Вспомнить бы его имя…

– Эй, назови себя! Не пристало мне, наследнику Самира, разговаривать неизвестно с кем посередь степи! Назовись, или наш разговор окончен!

– Меня зовут Алымат. Алымат-шаху. Мое имя значит «бескрайняя степь»! Я не последний воин из Шааху-Мере. Если ты не веришь мне – я готов поехать с тобой один.

Алымат, Алымат, где-то он уже слышал это имя. Алымат-бескрайняя степь. И тут царевич вспомнил. Вдовствующая Мейрит-аша, рассказывая о нравах своего племени, упоминала, что у нее есть двое старших братьев.

Одного из них, вроде, называли именно Алымат.

– Хорошо, воин, надеюсь, твоя жизнь хоть чего-нибудь да стоит, так как если ты меня обманешь – лишишься ее. Из нас четверых поедут двое и ты. Если я тебе так нужен – выполняй условие!

– Неразумно это, командир! – попробовал было возразить десятник, но Асмаррах посмотрел на него своим пламенным взглядом.