Оратор

Падали с неба глыбы скал, случались повсеместные землетрясения, наводнения, смертельные болезни, убивающие практически мгновенно. Были и грандиозные войны. В том числе и война с восставшими титанами. Поверхность мира неоднократно менялась, изменения происходили и в обществе богов. Иным становилось мировоззрение, этические ценности, внутреннее устройство. Золотое время их цивилизации миновало, и теперь она клонилась к закату. После очередного разрушительного катаклизма уцелевшие боги разделились на два больших сообщества и стали жить каждое на своём громадных размеров острове.

По нынешним меркам их можно назвать двумя большими странами. Сейчас они известны как Гиперборея и Атлантида. В этих странах всё было разное – этика, законы, представление о жизни. И, конечно же, они стали враждовать.

– Всё как у людей… – удручённо заметил Демосфен, – ничего нового под солнцем…

– Ты даже не представляешь, насколько ты прав. Но самое печальное заключалось в том, что в результате последней катастрофы у богов стали всё чаще рождаться дети, разум которых спал.

Они останавливались в развитии на уровне двух-трёхлетнего ребёнка. Физическое тело развивалось как обычно, а разум был чуть выше, чем у животных. Поскольку учёные в их обществе умели многое, в том числе, и видоизменять физические тела, они попытались справиться с этой напастью. Но тщетно. Всё, что им удалось, это лишь слегка повысить уровень разума бедолаг. Теперь они напоминали по своему развитию детей четырёх-пяти лет. Нормальное потомство появлялось всё реже, и учёные продолжали экспериментировать. А неполноценных стали постепенно переселять в другие земли, вместе с богами-воспитателями. Там они образовывали колонии, которые со временем всё больше расширялись. Отношение к этим несчастным в Атлантиде и Гиперборее тоже было различным. В Гиперборее в них видели своих несчастных детей (которыми они, собственно, и являлись) и окружали любовью и заботой. Старались обучать их для жизни в этом мире, терпеливо прививая новые практические умения. По мере возможности развивали сознание. В Атлантиде, напротив, общество очень скоро адаптировалось к существующей данности и принялось использовать таких людей чисто утилитарно. Они перестали видеть в них себе подобных, но лишь удобный инструмент для выполнения грязной работы. По существу, их сделали рабами. Со временем этические нормы продолжали разрушаться. В результате, следующие поколения атлантов пошли ещё дальше – они перестали видеть в несчастных даже просто людей.