Слуги

Обвил руками старика и мертвой хваткой передавил морщинистое горло, оскалил зубы… - он очень хотел пить.

*

У гоблинов не было государственности, законов, их властелин Гарун уже не отдавал приказы. Они охотно согласились с беспорядочными обстрелами всего и вся, массовыми убийствами, поспешно приняли работорговлю. Дела у них, можно сказать, кое-как налаживались, особенно, если учесть, что оборотни с каждым днем увеличивали их число. На место одного убитого вставали двое.

Очень скоро гоблины организовались: Урук назначил новых командиров на места погибших, присвоил новую кличку, что-то похожее на Излами, и поравнял себя с Харри и Серафимом.

Стерпеть такое они уже не могли и вступили в открытую схватку с гоблинами, - что-то подобное очень часто бывает в рядах темных сил. Теперь заокеанское золото обращалось в бомбежки по новым целям, по правде говоря, все тех же территорий.

Однажды, в пылу сражения, Серафим попробовал действие гоблинской установки, способной метать шайтан-огонь.

Но его окружили и взяли в плен. Судили по новым законам, принятых Уруком-Излами, перенятых у местных воинов тьмы неведомого властителя. Казнили мученической смертью и сбросили в яму, где догнивали многочисленные жертвы конфликтов.

Под покровом ночи из груды тел, выползла измученная летучая мышь и, набравшись сил от рядом лежавших свежих трупов, исчезла в неизвестном направлении. Вскоре Серафим объявился со стороны моря в новой адмиральской форме.

Харри продолжал бессмысленное обучение гоблинов танковождению, артиллерийскому искусству, сглаживал междоусобные конфликты, но конкретно на дело не влиял.

Когда до него дошло, что черный луч уже много дней не подбадривает его, он решил отойти от дел и в спокойной обстановке рассовать все по полкам - такого бардака он не встречал после Великого переселения народов.

*

А в это время на дальних, древних землях Геллеспонта разворачивались силы опального слуги Иеговы, которого когда-то так испугались Серафим и Харри.

Распятый их кознями на кедровом кресте, он вознесся. Исчез могучий страж, чей талисман остался на земле, - всего лишь крест из сплава меди.

«А сколько ж раз являлся он, побитый и невидимый, всесильный? - этот вопрос терзал Харри и Серафима две тысячи лет, и каждый раз количество отрицаний не перекрывало число доказательств. - Но вот не воспрепятствовал Бог Ягве Кристу. В очередной раз Он приближал Криста.